Сияние

Тони уже не приносит приятных видений, а, наоборот, стал источником кошмаров, настолько пугающих, что Дэнни не запоминает ничего, кроме отдельных фрагментов. Он впустил Тони в период трудной – почти отчаянной – жизненной ситуации. И Тони не желает уходить без борьбы. Но он уже постепенно уходит. Ваш сын сейчас несколько напоминает наркомана, пытающегося избавиться от пагубного пристрастия.

Он поднялся из-за стола, и Торрансы последовали его примеру.

– Но, как уже было сказано, я не психиатр. Если кошмары не прекратятся до весны, когда закончится срок вашей работы в «Оверлуке», я бы настоятельно советовал вам, мистер Торранс, отвезти Дэнни на прием к тому специалисту в Боулдере.

– Я это сделаю.

– Хорошо, тогда пойдемте к нему и скажем, что он может возвращаться домой, – предложил Эдмондс.

– Очень вам признателен, – с чувством сказал ему Джек. – Я уже давно не ощущал такого облегчения, какое испытываю после визита к вам.

– И я тоже, – добавила Уэнди.

Уже у самых дверей Эдмондс вдруг остановился и посмотрел на нее:

– У вас есть или, быть может, была сестра, миссис Торранс? По имени Эйлин?

Уэнди удивленно подняла глаза.

– Да, у меня была сестра. Она погибла прямо перед нашим домом в Сомерсуорте в Нью-Гэмпшире, когда ей было шесть, а мне десять. Побежала за выкатившимся на улицу мячиком, и ее сбил грузовик.

– Дэнни известно об этом?

– Не знаю. Думаю, нет.

– Он сказал мне, что вы вспоминали о ней, сидя в приемной.

– Действительно, вспоминала, – медленно произнесла Уэнди. – Впервые за… О, впервые за бог знает сколько лет.

– Слово «ром» имеет для вас какой-то особый смысл?

Уэнди покачала головой, но Джек сказал:

– Он упоминал что-то похожее прошлой ночью.

– Не ослышались, это точно ром. Как напиток. Алкогольный напиток.

– Вот оно что, – вздохнул Джек. – Все сходится, верно? – Он достал из заднего кармана платок и вытер губы.

– А как насчет слова «сияние»?

На этот раз головой покачали оба.

– Впрочем, как я полагаю, все это не имеет особого значения, – заключил Эдмондс и открыл дверь в приемную. – Есть среди присутствующих некто Дэнни Торранс, которому уже очень хочется домой?

– Привет, папа! Привет, мамочка! – Дэнни вскочил из-за низкого столика, за которым листал журнал, пытаясь негромко проговаривать знакомые слова.

Потом он кинулся к Джеку и прижался к нему. Уэнди потрепала сына по голове."

"Эдмондс бросил на него лукавый взгляд и сказал:

– Если ты не очень любишь папу с мамой, так и быть, можешь оставаться жить у старого доброго Билла.

– Ни за что, сэр! – Дэнни обхватил одной рукой шею Джека, другой – Уэнди и просто сиял от счастья.

– Жаль, но ладно уж, – улыбнулся Эдмондс. И добавил, обращаясь к Уэнди: – Позвоните, если возникнут проблемы.

– Конечно.