Сияние

Джек едва заметно вздрогнул, и Уэнди удивленно посмотрела на него.

– Ты тоже там что-то видел, Джек?

– Нет, – ответил он. – Ничего.

Дэнни пристально смотрел на него.

– В самом деле ничего, – повторил Джек уже гораздо спокойнее. И он сам верил, что говорит чистую правду. Он стал всего лишь жертвой галлюцинации. Вот и все.

– Дэнни, нам надо узнать об этой женщине, – сказала Уэнди мягко.

И Дэнни начал говорить, но слова из него вырывались отрывистыми фразами, иногда становясь почти неразборчивыми, настолько сильным было его стремление поскорее высказать все и освободиться от кошмара.

По мере того, как он говорил, его голова все плотнее прижималась к груди матери.

– Я зашел туда, – сказал он. – Стащил универсальный ключ и зашел. Это как будто было сильнее меня. Я ничего не мог с собой поделать. Мне хотелось узнать. А она… эта леди. Она лежала в ванне. Совершенно мертвая. Вся распухшая. А еще обна… обнаджо… То есть на ней вообще не было никакой одежды. – Он бросил тоскливый взгляд на маму. – Она вдруг начала подниматься, и ей нужен был я. Мне это стало понятно, потому что я почувствовал… Хотя она даже не думала.

То есть думала, но не так, как вы с папой… Это было что-то черное… Какая-то одна мысль: причинить боль. Похоже на то… На тех ос ночью в моей спальне! Одно желание: сделать больно. Как осы.

Он сглотнул, и воцарилось молчание: все думали об осах.

– Тогда я побежал, – продолжил Дэнни. – Я хотел сбежать, но дверь оказалась закрыта. Я оставил ее открытой, но она почему-то закрылась. Мне не пришло в голову просто снова ее открыть и бежать дальше. Я был испуган. И потому я… Я только прислонился к двери и подумал о мистере Холлоране. Он же сказал, что все это как страшные картинки в книжке, и если я… Если я начну мысленно повторять… тебя здесь нет, уходи, тебя здесь нет… она исчезнет.

Но ничего не получилось.

Его голос начал срываться на визг:

– Она схватила меня… повернула к себе… Я мог видеть ее глаза… то есть даже не глаза, а… И тут она принялась меня душить… Я чувствовал ее запах… Я по запаху понимал, что она давно мертвая…

– Все, хватит, ш-ш-ш, – остановила его Уэнди, уже не на шутку встревоженная. – Не надо больше ничего рассказывать, Дэнни. Все хорошо. Все будет…

Она была готова завести извечную успокоительную песню Уэнди Торранс – лучшее средство от любых волнений.

Нежную и убаюкивающую песню.

– Дай ему закончить, – резко оборвал ее Джек.

– А это все, – сказал Дэнни. – Я отключился. Не знаю только почему. Потому что она душила меня или просто от страха. А когда пришел в себя, то как будто спал, и мне снилось, что вы с мамой ссоритесь из-за меня, а ты, папа, хотел снова заняться Скверным Делом. Но потом я понял, что это вовсе не сон… Что все случилось наяву… И… И я обмочил штаны.