Sindroma unicuma. Книга 2.

В полнейшей растерянности я пялилась на Альрика и лихорадочно соображала, не в силах уяснить, какую выгоду он преследовал.

- От вас потребуется изложить сухо и по существу, - сказал профессор, склонившись к моему уху. Нас разделяли считанные сантиметры, пронизанные силой и властностью мужчины. Давление его воли было осязаемым, пригибая и заставляя размазываться по кушетке.

- Не могу! - схватила профессора за руки. Они оказались горячими, и я, удивившись своему порыву, отдернулась. - Пожалуйста!

- Это мои условия. Вы осведомлены в большей степени, а мне катастрофически не хватает информации о вас.

Поэтому только так и не иначе. И не вздумайте бежать и трещать о своих подозрениях на каждом углу. Я знаю ваши слабые стороны и отвечу достойно, поверьте.

- Болтать не собираюсь, - начала я расчесывать ладони, забегав взглядом по сторонам.

- Ваши планы переменчивы как ветер. Определитесь, Папена, что собираетесь делать: мчаться в первый отдел, чтобы завязать дружбу с дознавателями, или шокировать научное сообщество сенсационными домыслами.

- Я блефовала, - пояснила неловко.

- Хотела напугать.

- У вас получилось. Быстро учитесь, идя вперед семимильными шагами. Осторожно, как бы вас не нашли в какой-нибудь сточной канаве, - сказал мужчина, убирая руки и отстраняясь, а его желтый звериный глаз вернулся в нормальное состояние.

- Канавы замерзли, - сползши с кушетки, я встала на ослабшие ноги, не зная, радоваться избавлению или готовиться к худшему.

Прохромав к раковине, Альрик бросил перчатки в корзину и начал мыть руки, тем самым, молчаливо разрешая сбежать.

- Значит, вы не согласны?

Профессор неспешно вытер руки и вернулся к столу.

- Значит, вам не приспичило, - взял фиолетовое стеклышко и наставил его на окно. Аудиенция окончена.

Подхватив сумку я, пошатываясь, вышла из лаборатории.

***

Едва за студенткой закрылась дверь, Альрик с силой швырнул стекло об пол, и мелкие кусочки разлетелись в разные стороны. Стоя посреди лаборатории, с побелевшими костяшками на сжатых кулаках, мужчина долго взывал к самоуспокоению, чтобы, после того, как сердце замедлит ток крови, хладнокровно обдумать, каким образом мелкая шантажистка сумела распознать секрет ""трезубца"".

Через некоторое время, справившись с раздиравшей его яростью, профессор уселся, барабаня пальцами по столу.

Прежде всего, он напрасно показал девчонке перо, созданное в пору бурной студенческой жизни. Извлекая в тот вечер из ящика стола исчерпавший себя раритет, Альрик так и не понял, что им двигало - желание похвастать или иной, необъяснимый мотив.

А ведь в свое время перо поработало неплохо и плодотворно, - усмехнулся мужчина.