Sindroma unicuma. Книга 2.

Жаль, конечно, отказываться от затеи с удалением вишневого компота, когда приложено немало усилий. Но помочь новенькому горнисту важнее, чем очистить запачканную одежду, которая больше не понадобится богатой студентке.

Я вдохновилась неожиданно пришедшей в голову идеей. Значит, не закисли еще мозги. Значит, серое вещество годится на что-то!

Лежа в постели, глядела на узкую полоску света на потолке, проникшую через щелку у шторки, и сравнивала свою судьбинушку с механизмом, в котором вертятся колеса и маховики, скрипят шестеренки, крутясь то в одну сторону, то в другую, и бросают меня из крайности в крайность.

Вся моя жизнь, начиная с осознанного детства, моталась из плюса в минус, но почему-то именно здесь, в столичном институте, остро ощутились резкие перепады. Нервотрясения, чтоб их. Скачки удач и невезения воспринимались мной как само собой разумеющееся, но, похоже, сейчас кто-то свыше решил поиграть игрушкой моей судьбы и, развлекаясь, раскручивал её туда и обратно, не задумываясь, что когда-нибудь механизм переклинит, и он сломается.

И опять приснился знакомый сон. Лес, шорохи, небо, закрытое листвой где-то в немыслимой вышине, сумрак уединения.

Странное призрачное место приняло меня, разрешив примоститься на толстом корне у земли, покрытой красноватой хвоей.

Но в сегодняшнем сне кое-что изменилось.

У леса был хозяин. Сильный, единовластный. Тот, что уверенно обходил территорию, проверяя владения бесшумной поступью, с несбившимся дыханием.

Но вдруг треснула ветка под нечаянным движением, высоко под кронами пронеслись невидимые птицы, налетел порыв ветра - и снова наступила тишина. С одной лишь разницей - хозяин почуял в лесу чужака.

Меня.

Не успев испугаться, я проснулась с учащенным сердцебиением. Может, это вещий сон? Сновидение имело целью что-то сказать, а я не поняла особых знаков в силу толстокожести. Чтение сверхъестественных штучек подходило для товарищей с тонкой нервной организацией, например, для Аффы или Радика.

Однажды в интернате мне приснилась оседланная комнатная собачка директрисы с удилами во рту, а напослезавтра животное издохло из-за проглоченной пуговицы, попавшей не в то горло. Хорошо, что в этот день была не наша с Аликом очередь.

Он тогда сказал, что мне приснился вещий сон, и упряжь на спине собаки указывала, что псина отправится в дальний путь в мир мертвых. В ответ я покрутила пальцем у виска. Вредная животина приснилась потому, что допекла невероятно, ибо тех, кто по каким-либо причинам провинился, заставляли присматривать за домашним питомцем директрисы. Конечно же, мы с Аликом не вылезали из личных рабов её величества моськи.

14.1

Как мне жилось в дни, оставшиеся до приема? Как-то.