Sindroma unicuma. Эпилог

Колье белого золота состояло из цепочки, к которой крепились зубчатые кружочки со стилизованными волнами внутри, оправдывая название комплекта: «Океан». Всё бы ничего, но в гарнитуре насчитывалось пятьдесят сапфиров разных оттенков и около ста бриллиантов различной степени каратности и огранки.

— Какая красота! — ахнула Баста, вовремя нагрянувшая в гости, а я, остолбенев, уставилась на сияющее волшебство. — Глянь, это Боччи, известная ювелирная марка, — ткнула она в скромный значок на крышке футляра. — Я подслушала, что папандер заказал гарнитур полгода назад, когда Гошка сделал тебе предложение.

Эвочка, ты всех сокрушишь! — Сестрица Мэла бросилась обнимать меня.

А мне срочно захотелось охладиться под ледяным душем. Дорогущий подарок означал завершающую точку. Меня признали в семье. Я стала частью большого клана.

Потребовалось приложить немалые усилия, чтобы закрыть футляр. Взгляд цепенел против воли, застревая на сверкающем великолепии. Драгоценности, стоившие запредельные суммы, ювелиры предпочитали не подвергать улучшениям. Благородство камней оценивалось по их натуральности без искусственных прикрас.

"

"— А где платье? — спросила Баста разочарованно.

— Привезут утром, перед регистрацией, — пояснила я. Личная стилистка не доверяла никому, даже себе боялась доверять.

От моего родителя тоже доставили презент — в бронированной машине с вооруженным сопровождением. К свадьбе папенька подарил диадему с бриллиантами и комплект булавок для волос с бриллиантовыми головками. В документах на владение значилось: «Мелёшина Эва Карловна». Сговорились они, что ли? Намекают, что путей для отступления нет?

Футляры с драгоценностями я отдала самому старшему Мелёшину, попросив о сохранности.

Так мне будет спокойнее. Константин Дмитриевич согласился, но на будущее порекомендовал приобрести вместительный и надежный сейф.

— С запасом, — сказал с легкой улыбкой, а я чуть не подавилась языком.

Господи, прошу, поверни время вспять. Хотя бы на полгода назад.

Но время неумолимо текло, причем в одном направлении.

В алой зоне появился и распорядитель свадебного банкета, он же распорядитель гражданской церемонии.

Очень энергичный, плотно сбитый мужчина средних лет. Бек Чубук-Заревич. А что? Вполне. Живут же люди с такими именами и фамилиями, и ничего.

— Бек. Просто Бек, — склонился мужчина к моей руке. — Я не так уж стар, чтобы добавлять отчество к имени.

Зинаида Никодимовна кашлянула со строгим видом, но распорядитель не смутился и объяснил, с какой целью, собственно, приехал в поместье. Оказывается, свадьба — не только праздник. Это работа. И мне предстояло потрудиться, как и Мэлу.