Скандал у алтаря

Однако Мари совладала с нервами и перестала вести себя как жертва. Поворотный момент настал сегодня, примерно в два часа ночи. Она потянулась к планшету, лежавшему на прикроватной тумбочке. Чем еще можно заняться, ворочаясь без сна? Необходимо быть в курсе того, какими словами тебя поносят и какие гадости о тебе говорят. Уронив планшет на колени, Мари спросила себя: что она делает?

Пусть она не может контролировать, что пишут люди, но кто сказал, что она должна это читать? Какое ей дело до того, что о ней думают, если никто не знает правду о том, что случилось шесть лет назад? Впрочем, тогда было проще, а сейчас она сама подставила себя под удар. Давно известно, что есть такие личности, которых хлебом не корми, только дай почесать язык. Но рано или поздно интерес угасает ко всему. Если она будет делать вид, что ее не интересует людская молва, наступит момент, когда всем надоест обсуждать ее грудь. К тому же – если ей повезет – может произойти еще какой-нибудь скандал.

Утром ей показалось, что число репортеров, дежуривших возле дома, уменьшилось. Мари даже решила, что самое тяжелое она пережила. В том-то и дело, что нет…

Девушка вздернула подбородок. Каким бы соблазнительным ни было желание признать свое поражение, это был не выход. Марк нуждался в ее поддержке. Она заправила локон, выбившийся из косы, за ухо и вошла в здание больницы. В холле Мари посмотрелась в зеркало.

Сегодня она надела типичную для работы одежду: узкие брюки, классическую белую блузку и кожаные туфли на высоких каблуках.

Прежде Мари появлялась здесь в рубашке и джинсах. Вполне возможно, строгий облик заставит докторов стать более откровенными. Ей необходимо получить больше информации. Прошлым вечером Марк был так угнетен, что на все ее вопросы отвечал лишь безразличным пожиманием плеч.

Мари ослабила узел красного шелкового шарфа, обвязанного вокруг шеи, и приложила бумажную салфетку к ссадине на колене, промокая кровь.

Она надеялась, что сможет переговорить с докторами сразу после утреннего обхода, но из-за времени, потраченного на заторы, и из-за того, что девушке с трудом удалось найти место для парковки, эта перспектива стала призрачной. Однако попытаться все же стоило. Перебросив косу через плечо, Мари прибавила шагу.

Люди глазели на нее, но за прошедшие дни Мари заставила себя привыкнуть к этому. Не сбавляя энергичного шага, она дошла до палаты, в которую перевели ее брата из отделения интенсивной терапии. Минуя пустой сестринский пост, Мари усилием воли заглушила мысли, рождающие жалость к себе, и постаралась придать своему лицу оптимистичное и радостное выражение.

Настроение ее немного улучшилось, когда она увидела, что врачи все еще находятся в палате Марка.