Скандал у алтаря

Покрасневшая, со спутанными волосами, Мари не была похожа на спящего ангела, которого он с большой неохотой оставил в постели досыпать. Тем не менее даже такая, она что-то затронула в его душе.

Мари хотела было возмутиться, но вместо этого испугалась: если Себ будет улыбаться чаще, она может оказаться в опасности. Каким-то образом ей удалось сохранить на лице недовольное выражение.

– Это была моя бабушка, – любезно объяснил он.

– Я догадалась. Чего я не могу понять, так это почему ты болтал с ней целую вечность. Ведь ты видел, что я…

– Зарылась в постельное белье?"

"– А что я должна была делать? – огрызнулась Мари.

Пытаясь сохранить хотя бы частицу достоинства, она закуталась в простыню и села.

– Ну, к примеру, представиться, – протянул он.

– Да, конечно! Я жена вашего внука.

Произнося эти горькие слова, Мари смотрела на Себа. Он только что вышел из душа и, возможно, поэтому не слышал стука в дверь.

Себ накинул халат. Блестевшие капли воды придавали его коже золотистый оттенок. Халат доходил ему до середины бедер, и взгляд Мари задержался на них, пробуждая в памяти воспоминания о том, как этими горячими мускулистыми бедрами он вдавливал ее в матрас прошлой ночью.

– А я-то думал, что ты способна практически любую ситуацию встречать с поднятым забралом.

Мари потрясла головой, отчего ее волосы окончательно растрепались.

– То, что кажется правильным в первый момент, позже может обернуться самой большой ошибкой.

– Для тебя прошлая ночь была ошибкой? – холодно осведомился Себ.

Вообще-то, стоя под струями воды, он пытался разобраться, какие чувства его обуревают, и выводы ему не понравились. Себ и сам пытался убедить себя, что их близость была ошибкой, однако, услышав это от Мари, он пришел в ярость, хотя и отдавал себе отчет в том, что это нелогично.

Мари опустила глаза.

– Нет, прошлая ночь… Я говорила не про нее, а про твою свадьбу, которую я расстроила. Ночь была…

Ее голос упал. Она не могла сказать «особенной» мужчине, у которого таких ночей не счесть. Просто секс? Для нее это были занятия любовью. Мари сглотнула, подавляя нелепое желание всхлипнуть. Она должна радоваться, что первый раз у нее получился незабываемым. Она слышала, как это может быть, и не жалела, что предпочла целомудрие. Но тогда она не знала, чего лишается. Если бы ей снова предложили сделать выбор, она предпочла бы повторение этой ночи.

– Одно связано с другим.

Мари не знала, как это понимать, поэтому осторожно кивнула.

– И ты могла бы все еще быть девственницей. – Себу нелегко дались эти слова.

Конечно, он солгал бы, если бы утверждал, что, став первым мужчиной, подарившим ей наслаждение, не гордится. Это породило в нем еще одно чувство – чувство собственника.