Сказание о Старом Урале

– Будет завирать! Сказывают тебе, что по трясинам нет пути для человека. Стало быть, ты подлюга хозяйская. – Углежог схватил пришельца за ворот. – Сказывай, кто подослал? Душу одним разом вытрясу.

Пришелец с силой отшиб руку углежога.

– Ты это брось! Не гляди, что с виду лядащий. От сохи в моих руках силенка есть. Не балуй!

– Не трожь человека, – сурово сказал углежогу Кронид.

Пришелец вновь подсел к костру.

– Вот она, нонешняя жизнь человечья. Все друг на друга зубы скалим. Бары нас за ворот хватают, а от тех и свояки не отстают. Злобимся, ибо правды на земле отыскать не можем. Бог ее от нас далеко сокрыл. Ему господа пудовые свечи теплят, может, потому он наших копеечных и не примечает. Нет для нас правды на земле, утопла в синем окияне-море. Паренек-то небось внучонком тебе приходится?

– Угадал.

– Эк как его окровянили! Небось того же приказчика работа?

– Угадал.

– А отчего малец-то здеся? На что он приказчику надобен?

– Со мной пришел.

– Ишь ты! Не отпустил деда на муки одного? Ты, стало быть, тяжесть спора с хозяином и на его плечи наклал? На пытку пошел и парнишку прихватил?

– Жили вместях и помрем такоже.

– А пошто мальцу помирать? Он, поди, еще и в лаптях по земле не хаживал. Ты его лучше отпусти.

– Куда?

– На вольную волюшку.

– Да понимай, человек, что отселева нельзя уйти, коли хозяева не отпустят. Тебя поутру самого начнут плетями выпытывать, как сюда объявился.

– Пустое плетешь. До утра и след мой простынет. Сейчас он на росе знаток, а взойдет солнышко – и не станет памяти о моей гостьбе у вас.

– Да как же ты пойдешь трясинами?

– Да так и пойду, как шел, только в другую сторону. – Кронид в испуге перекрестился. – Зря крестишься! Нечистая сила мне не помогает. Только сам рассуди: уж ежели топи сюда допустили, значит, и отсюда путь не заказан.

– И вправду перед утром уйдешь?

– Обязательно. Передохну малость и опять в путь-дороженьку.

Пришелец зевнул и быстрым кошачьим движением свернулся в комок у огонька.

Потекли минуты.

Пришелец мирно спал у чужого костра. Люди у огня не сводили с него глаз, погруженные в свои раздумья. Паренек прижался к коленям деда. Всех охватило глубокое волнение. Ведь приход этого странника граничил с чудом и наводил на мысли, прежде просто недоступные воображению.

Проснулся гость внезапно и сразу сел. Отряхнулся, как утенок, выскочивший из воды, размял затекшие члены.

– Вот и поспал малость в тепле. Спасибо вам за приют и за то, что не шепнули про меня истязателям вашим. Озадачил, выходит, я вас своим приходом? Неужто самим уйти неохота?"

"– Охоте как не быть, да одной охоты мало. Сперва путь по топям распознать надо.

– Напрямик тоже нехудо.

– Неужли в самом деле просто напрямик пойдешь?

– Сейчас и пойду.

– Погляжу! – с прежней недоверчивостью сказал углежог.