Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Это не были его воспоминания, но он помнил их как собственные, как вспоминается порой, сразу после пробуждения, воспоминание воспоминаний других шаманов, иной раз – лишь бледных духов, которых он некогда встречал, идя тропами тех, кто не избрал Дом Сна. Воспоминание чужих воспоминаний – и все же лишь последний глупец не обратил бы внимания на такого рода предупреждение. Что бы ни пробудилось, его нужно было остановить, пока не наделало лиха.

Но, несмотря ни на что, когда он строил лодку, когда просил вождя рода, который обитал ближе прочих к озеру, помочь доставить ее к воде, и даже теперь, когда плыл, не торопясь, загребая так, чтобы не тревожить гладкого зеркала вод, не в силах уже отступить, – он все еще сомневался.

Это не была его клятва и его воспоминания. Те шаманы жили и сражались во времена до того, как люди решили уничтожить Народ Гор. До того, как молодая империя сплела свою историю из домыслов, мифов и сказок, в которых аг’хеери могли играть роль лишь созданий хаоса и тьмы.

И все же определенные дела надлежало закончить, прежде чем придет время для всего остального.

* * *Хотя Кеннет и знал его из описаний Берфа, но не думал, что этот край будет настолько бесплодным.

Два последних часа на дороге к озеру им не попалось даже махонького кустика – только скалы и скрытые в их тени проплешины снега, оставшегося с предыдущей зимы. Как будто лето решило не заморачивать головы оживлением этих мест. Или будто самый мощный из горных ледников навсегда назначил эти окрестности своим владением. Тот факт, что здесь выросло человеческое поселение, уже походил на чудо.

Когда они наконец добрались до берега, Кеннета потрясло величие пейзажа.

Озеро – цвета глубокой синевы, в водах его отражались встающие к северу вершины предгорий Большого хребта. Покрытые вечным снегом горы всматривались в его глубины неисчислимые тысячелетия. Ныне и малейшее дыхание ветерка не морщило зеркало вод. Все выглядело так, как оно предстало глазам первых людей, когда те сюда прибыли. Ничего не стоило подпасть под очарование этого места, суровой мощи, которой до человеческого присутствия было столько же дела, как сходящей лавине – до муравейника, попавшегося ей на дороге. «Если кто-то хочет познать, что такое горы Ансар Киррех, ему необходимо навестить это место», – думал лейтенант, стоя над берегом озера.

Кеннет знал, что Дорант тянется шестнадцать миль на запад, давая начало реке Кевинелл: ревущей, пенной и дикой. Гвихрен впадал в озеро с северо-восточной стороны, и именно он насыщал воды Доранта. Южный берег озера представлял собой каменистый пляж, заваленный галькой. Шагалось по ней легко, почти как по имперской дороге. Они двигались быстрым маршем в направлении сельца, чтобы успеть до сумерек.