Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Кеннет повернулся к ним, красноречивым жестом поправил плащ, чтобы знак Горной Стражи блеснул в лучах восходящего солнца. Чтобы не было сомнений. Он выступал как императорский офицер.

– Приветствую, староста. Хозяин, – кивнул он чернобородому, – полагаю, что сыновья уже ремонтируют сети. А этот третий – кто?

Третий из прибывших при виде нескольких десятков солдат постарался спрятаться за спину старосты.

– Впрочем, неважно. – Кеннет широко усмехнулся. – Я так понимаю, что вы чуть свет мчитесь на озеро, чтобы наловить рыбки для ухи, которую вы нам вчера обещали. При оказии вы бы, несомненно, прибрали этот непорядок, чтобы не подпортить гостям аппетит.

Я не вижу, чтобы ты соглашался, староста, а стало быть, я ошибаюсь, хотя и не знаю – касательно рыбок или уборки.

Ответил ему хмурый взгляд. Благодушный, радостный хозяин из вчерашнего вечера куда-то делся.

– У меня, однако, есть несколько вопросов. Этот вот, что валяется на спине, погиб каких-то три часа назад. А умирал он громко, с криками, даже мы их слышали. Тогда почему все село не прибежало сюда с факелами, чтобы его спасать? Или хотя бы мстить. А где его семья? Не в одиночестве же он обитает в такой большой избе.

И что орало среди ночи, да так, что мои псы рвались с поводков и мочились под себя от страха? Ответишь?

Вместе со словами лейтенанта выражение лица старосты менялось. Замешательство, беспокойство, страх. В конце – осталось только упрямство.

– Не ваше дело, господа солдаты, – процедил он. – Мы сами управимся, а вам лучше бы ступать себе и доложить командиру, что обитатели Бирт не нуждаются в помощи.

– Правду сказать, я подумывал об этом, но, видишь ли, староста, может случиться и так, что я вернусь сюда со своей ротой через год-другой – и застану только пустые избы, затопленные лодки и груды костей.

И до конца жизни стану сомневаться, моя в том вина или нет. – Кеннету казалось, что при этих словах чернобородый вздрогнул и приоткрыл рот. – А потому – сделаем иначе. Сперва послушаем одного из моих следопытов, а потом я решу, что и к чему. Нет! Ни слова, староста, при виде трупа у меня и моих людей руки чешутся схватиться за мечи, так что лучше было б, чтобы ничего нас не расстраивало, пока станем слушать. Говори, Волк.

Солдат медленно вышел вперед.

– Стало быть, вот как, господин лейтенант, – начал он. – Тот вон, наш труп, выбежал из дверей дома нынче в ночи, каких-то три часа назад, перепрыгивая через две ступени. Потом остановился и обернулся в сторону дома. – Волк быстрым шагом подошел к телу и встал рядом. – Глянул вверх, и тогда что-то прыгнуло на него с крыши. Я знаю, тут почти двадцать футов, но это – не невозможно, потому что это что-то прыгало с высоты трех мужиков и, возможно, взяло разбег.

Кеннет кивнул.