Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Именно на войну, поскольку единственная наша надежда — что нам удастся освободить, разбудить нашего бога и навсегда закрыть этот туннель, эту пещеру. Потому что у нас нет выхода. Мы вымираем. Понимаешь?

Девочка вздохнула. Шмыгнула носом.

— Да.

— Хорошо. Пойдем.

Они возвращались молча, словно ужас пещеры сжил им горла и не отпускал. Примерно на половине дороги Уста Земли остановилась, подняла лампу и, не оглядываясь, сказала:

— Спасибо.

— За что?

— Что ты не спросила. Даже один раз — это много. Слишком много.

Через несколько ударов сердца они двинулись дальше.

Глава 27

Видя мужчину, идущего в его сторону, Эвикиат из Смесха, Великий Кохир Двора, огладил короткую черную бородку и вежливо улыбнулся. Это была улыбка, которая могла бы вызвать доверие как у взрослого, так и у ребенка, искренняя и теплая. Тому, кто одаривает такой улыбкой, верят на слово, без сомнений одалживают кошель, полный золота, или выдают семейные тайны.

Хозяин тоже улыбнулся в ответ. А потом пожал протянутую ему ладонь и энергично ее тряхнул."

"— Честь для меня. Огромная честь. Сам Великий Кохир, первый среди слуг князя, в моем доме… Но и стыд для меня, огромный стыд принимать такого гостя несчастнейшим образом! Когда бы я знал заранее, когда б мог приготовиться, ох, я б приказал накрыть столы для пира и вести невольниц, умелых в искусстве скрашивать время мужчины! Я, несчастный, чувствую одновременно радость и стыд: что за тяжесть для души и сердца…

Мужчина не столько говорил, сколько выстреливал словами, словно сотня лучников била во врага так быстро, как только могла.

Эвикиат слушал его тирады, оглаживал бороду и молчал, присматриваясь.

Бамор Ванмур, магистр Горнодобывающей Компании Южных Магархов, был низок, щупл и среднего возраста. В зависимости от того, что он надевал и как завивал волосы, мог выглядеть как на тридцать пять, так и на пятьдесят лет. Брился гладко, темные волосы его сейчас были зачесаны наверх, а одежда — белые полотняные штаны и свободная желтая рубаха из вышитого шелка — приводила к тому, что любой не из этого города мог принять его за одного из сотен чиновников Компании.

— Честь, честь. — Хозяин повторял это и продолжал трясти ладонь Эвикиата, словно надеясь, что в любой момент из рукава Великого Кохира начнут сыпаться звонкие монеты.

 — Нужно было предупредить, предупредить меня, нас предупредить, нашу скромную Компанию… Мы бы приготовились как следует! А где, если позволительно мне будет узнать, остальная часть свиты?

— Бамор, дорогой мой, — Эвикиат высвободил руку и едва удержался, чтобы не вытереть ее об одежду, — нет свиты. Я прибыл лишь с несколькими слугами. Это дружественный визит, а не официальное вторжение из дворца.