Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Где же они сейчас? Что делают? Сколько их? Может, они бросили меекханских союзников и отправились на родные равнины — или же, напротив, собирают силы для близящейся битвы? Деана хорошо помнила Деменайю — Королеву Невольников, и если мужчины ее народа и правда настолько же велики, как она, следовало считаться с их силой.

Ссоры и дискуссии продолжались все время. Деана удивлялась упорству, с которым оба аф’гемида и часть высших офицеров, принимающих участие в советах, бросались военной терминологией, свободой, с которой они чертили на картах смелые маневры и неожиданные контратаки.

Она быстро заметила, что во время их бумажных стычек армия бунтовщиков всегда вела себя так, как желали того коноверинские командиры, отряды рабов уничтожались или бросались наутек в панике, именно когда офицерам это было на руку, и никогда не пытались контратаковать или ставить ловушки.

Война на карте всегда полна легких побед.

Она не вмешивалась в споры. Чувствовала, что присутствующим тут мужчинам те необходимы, что в какой-то мере это помогает им сбросить напряжение. Во время настоящей битвы не будет времени на пустые развлечения, останутся только боль и кровь.

От авангарда растянувшейся на милю армии шел галопом всадник, размахивая красной тряпкой. Посланник с важными вестями.

— Госпожа!

Всадник остановил коня в нескольких шагах от Маахира так резко, что скакун недовольно заржал и почти присел на задние ноги. А потом — развернулся и поравнялся со слоном.

— Госпожа. Мы их нашли.

— Кого? — Картинка армии рабов, которая вышла из лесу, чтобы дать им битву, заморозила ей кровь в жилах.

— Меекханцев. Генерала Ласкольника и остальных.

То есть, — гонец казался смущенным, — они…

— Ждали вас?

— Да, госпожа. Ждали. И просят аудиенции.

Она задумалась. До того как они разобьют вечерний лагерь, оставалось еще как минимум два часа. Письмо из меекханского посольства, которое она должна была вручить прославленному командиру, ехало где-то в повозках вместе с шатром и остальными ее вещами. Она не станет останавливать марш всей армии, чтобы его найти.

— Сообщи, что мы встретимся с ними вечером, когда поставим лагерь. С ним и с его людьми. Я приглашаю их на ужин. Могут не наряжаться.

* * *— Ты готова? Все ждут.

Дагена сунула голову в палатку и смерила ее критичным взглядом. Кайлеан посмотрела на нее враждебно. Эта негодница уже успела принарядиться?

— Одно слово, Даг, — процедила Кайлеан сквозь зубы. — Одно только слово, и, клянусь, я тебе врежу, и пойдешь на пир с подбитым глазом. И не устраивай мне тут сквозняка, потому что сейчас станут таращиться все.

Кайлеан как раз пыталась надеть самую чистую сорочку, которая у нее нашлась, когда в палатку всунулась и голова Леи.