Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5
Эпическая по своему размаху сага повествует о событиях, разворачивающихся на рубежах могущественной и обширной империи Меекхан. На Севере молодой лейтенант Горной Стражи и его люди расследуют таинственные убийства и исчезновения людей; на Юге между воином из народа иссарам, обязанным скрывать лицо от каждого постороннего, и дочерью меекханского купца вспыхивает запретная страсть. На Востоке вольный отряд-чаардан прославленного генерала Ласкольника сталкивается с предвестиями новой большой войны с кочевниками; а на Западе, в городе, уже много лет не входящем в состав Меекханской империи, молодой воришка пытается выжить, оказавшись втянутым в игры самых могущественных людей города.Сюжетные линии начинаются пересекаться и переплетаться между собой, когда оказывается, что все главные персонажи так или иначе связаны с могущественными и таинственными магическими силами, вырывающимися из других, темных миров и несущих опасность не только Меекхану, но и всему миру.Содержание:Сказания Меекханского Пограничья:1. Север-Юг.2.Восток-Запад.3.Небо цвета стали.4.Память всех слов.5.Каждая мёртвая мечта.
Так что, генерал, столкнись вы с некими бандитами, несомненно, проинформировали бы меня об этом? Хотя бы затем, чтобы возбудить во мне сочувствие или озабоченность. Я ведь права?
Ласкольник отставил хрусталь, откинулся на спинку стула и усмехнулся с вызовом.
— А если бы нам и правда удалось укусить гегхийцев?
Деана д’Кллеан пожала плечами.
— Это чужая армия на территории Белого Коноверина, а намерения ее командующего вовсе не были чисты. Случись такое, я бы поблагодарила вас за отвагу и боевые умения, поскольку, вижу, при тебе ровно столько же людей, со сколькими ты выехал из столицы.
Ласкольник послал ей одну из тех улыбок, благодаря которым он и получил от кочевников прозвище Серого Волка. В этот момент его улыбка значила «ничего тебе не скажу, и не воспринимай меня как глупца, а не то я начну кусаться».
— Ты сама мне советовала, чтобы я был осторожен в словах. А потому — официально признать, что я, как представитель Меекхана, сражался на стороне взбунтовавшихся рабов? Я, Генно Ласкольник? Правая рука императора? Ох, после чего-то такого я просто чувствую, как Креган приказывает драть шкуру даже с меня… Впрочем, полагаю, что у тебя уже есть доклады об этом сражении.
Хозяйка наклонилась вперед и сложила ладони в пирамидку. Кайлеан поставила бы любую сумму на то, что женщина сейчас улыбается.
— Хантар Сехравин отнесся к врагу свысока. Дал битву между горами, поросшими лесом, и оперся в атаке исключительно на магов. А когда дошло непосредственно до битвы, а колдуны перестали быть полезны, оказалось, что он слишком растянул силы и не сумеет ни отступить разрозненными отрядами, ни перегруппировать их.
Ласкольник перестал улыбаться.
— А высокомерие — не твоя слабая сторона, верно, госпожа?
Женщина, сидящая во главе стола, громко рассмеялась. А потом — Кайлеан даже рот приоткрыла от удивления — неожиданно встала, подошла к столу и лично наполнила бокал их командира.
"— Высокомерие? Наверное, немного есть. Я, например, верю, что умею настолько хорошо сражаться тальхерами, чтобы без проблем победить любого из твоих людей. Даже в сражении против двух или трех одновременно, хотя я и не видела, как они владеют оружием. Это высокомерие, верно?
Она пошла вокруг стола, наливая вино остальному чаардану.
— Вы мои гости, ешьте и пейте. И не обращайте внимание на мое бахвальство.

















