Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

И если станут брать пленных, то наверняка лишь затем, чтобы обеспечить им длительное и болезненное прояснение разума.

Он расслабился, глядя на своего командующего. В конце концов, проклятущее проклятие, старший по званию здесь он.

– Какие еще сплетни вы слыхали? – Гентрелл не казался обеспокоенным. А это значило, что стоило переживать.

– Это не сплетни, но проверенная информация. То, что случилось в Глеввен-Он, заметно отразилось на всех аспектах Силы, наполняющей пространство, и потрясло их. Даже в тысяче миль от сельца чародеи, ворожеи и жрецы просыпались с криками и неосознанно ставили защитные барьеры.

Все было так, словно в спокойном море случился взрыв вулкана. Мы не знавали такого со времен Войны Богов.

– Мы знавали такое множество раз. Урочища на месте битв все еще искривляют Силу, случаются выбросы, охватывающие многие мили пространства. Расспроси чародеев, что они чувствуют, когда находятся поблизости от Урочища, а оно вдруг начинает пульсировать.

– Я знаю, что они чувствуют. – Гончая странно усмехнулся. – Очень хорошо знаю, что чувствуют, и уверяю вас, это ничто по сравнению с волной, которая пронеслась через половину континента.

Урочища есть Урочища, они были, остаются и будут, но в том селе дошло до чего-то, что в известной нам истории никогда ранее не случалось.

– И что такое, по-вашему, там произошло?

– Именно поэтому я здесь – чтобы узнать.

* * *Еще один длинный день. Они лежали, скрываясь от солнца в тени, отбрасываемой невысокой каменной стенкой. Стенка. Когда он увидал ее впервые, подумал, что солнце, похоже, помутило его разум.

Они уже миновали полосу высоких барханов. Там же, где находились теперь, ветры дули иначе, а песок имел другую структуру.

Пустыня сделалась более плоской, взгляд охватывал ее на много миль, а по твердой поверхности шагалось куда быстрее.

И, несмотря на это, стенку он заметил только за несколько шагов от нее. То есть он видел ее издали, сперва как темное вздутие на фоне светлеющего неба, позже – как еще один небольшой бархан, потом – как кучку камней, нагроможденных капризом пустыни. Все что угодно, только не нечто, возведенное человеческой рукой. Он остановился, удивленный.

– Правда такова, – пробормотала она, словно читала в его мыслях, – что когда мы не надеемся что-то увидеть, то этого и не замечаем.

– Откуда здесь взялась стена?

– Подумай.

Это были первые слова, которыми они обменялись с момента, как она подарила ему мечи. Он радовался, что она неразговорчива. Обошел стенку. Ничего серьезного, три фута высотой, пятнадцать – длиной, камни пригнаны друг к другу и соединены раствором. Он присмотрелся внимательней. В неглубоких канавках на верхушке стенки торчали кусочки кремня и обсидиана.