Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Был он молод, может, несколькими годами старше ее, – но одновременно стар. Трудно оказалось уловить его сущность, особенно при таком свете, но она решила, что попробует. Поразмыслив, добавила ему несколько морщин на лицо, решив, что этого будет достаточно.

С девушкой же проблем не было. Месяцами она видела ее на внутренней поверхности век, на рисунке чужом и болезненно знакомом, словно лицо матери, которое она пыталась вспомнить, но вместо которого появлялись лишь неясные образы. Однако она была уверена, что не ошибается. Не насчет этой девушки.

Ее камера была торцевой, коридор обегал ее с двух сторон, и в обеих стенах находились двери, снабженные небольшими оконцами.

Стражники проведывали ее каждый час, заглядывая в оба оконца, а порой и входя в камеру, проверяя все куда более тщательно. Ее боялись сильнее – потому так часто проверяли, что именно она делает. Была у нее Сила призывать картины, Сила выпускать их из собственной головы. Картины пребывали там постоянно и были ужасающими.

Если они позволяли ей рисовать, в камере появлялись краски и кисточки, а еще куски бумаги – тоньше которой она и не видывала. Когда рисовала, всегда наблюдали за ней как минимум три человека, в том числе чародей, и дело было не только в том, что именно она рисовала, но и в том, чтобы она не припрятала краски, могущие сделаться в ее руках смертельным оружием.

Это же относилось ко всему, что она могла использовать для рисования: остаткам пищи, питью, калу и моче, которые у нее забирали, едва она успевала поесть и удовлетворить свои потребности. В ее случае и речи не могло быть о вонючем ведре, что целыми днями стояло бы в углу камеры.

Они сделали все, чтобы лишить ее возможности бесконтрольно рисовать.

"

"И все же она вот уже несколько дней рисовала эту картину.

Ей удалось скрыть то, что она делает, потому что стражники искали то, что, по их мнению, было бы рисунком. Прямые линии, ясно видимые фигуры, явственные образы. Искали они нечто подобное тому, что она рисовала до сей поры.

Им и в голову не пришло, что рисунок может выглядеть иначе.

Стены ее камеры были стенами укрепленного замка, выстроенного в типичной меекханской манере: солидно, дешево, не принимая в расчет эстетику. Им следовало выдержать удары метаемых баллистами камней, а не выглядеть красиво.

Если даже и были они некогда гладкими, то теперь штукатурка отслаивалась от них целыми пластами, крошилась и устилала пол слоями пыли. Влажность, встающая с болот, с каждым годом оставляла все более отчетливый след на столетних стенах. Вместе с ней появился грибок. А когда камеру осушили и приготовили к ее приходу, никто не озаботился тем, чтобы оштукатурить ее заново. Согласно меекханскому прагматизму, было решено, что не стоит тратить деньги на борьбу, обреченную на поражение.