Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

И мысли – это я, варвар из восточных степей, ублюдок, не знающий собственного отца, хожу в шелках и бархате по полам из алебастра, а вы сгибаете выи, сукины дети, – закончил он сквозь стиснутые зубы. – И случилось так, что женщина, которая некогда приказала отравить моих лошадей и сына которой я убил, потеряла и двух остальных. Я не имел к их смерти никакого отношения, на сей раз это была не моя игра, но, когда последний из ее сыновей погиб, заколотый стилетами наемных убийц, она повстречала меня в коридорах и проговорила: «Ты такой же, как и мы. Мы выиграли, генерал Ласкольник».

Кайлеан посмотрела на окружающие его лица. Все выглядели заинтересованными рассказом командира, словно слушали его впервые. Даже те, кто ездил в его чаардане с самого начала.

– Помню, что, услышав эти слова, я остановился как вкопанный и некоторое время не мог и с места сдвинуться. Бормотание старой, сломанной женщины в траурном платье, без малого обезумевшей от боли, не могло ничего значить, однако я почувствовал себя так, словно меня стеганули кнутом по спине. Я подошел к ближайшему зеркалу и взглянул в лицо чужаку.

Гладковыбритому, с напомаженными, модно обсыпанными золотой пылью волосами, в бархатном кафтане и вышитом шелковом плаще. Чужаку, которого я не узнавал. Глаза, словно кусочки стекла, твердые, безжалостные и холодные: были это глаза кого-то, кому я не доверил бы и обрезанного орга. Передо мной стоял один из тех, кого я некогда презирал, – интриган и дворянин. И правда такова: я сбежал из столицы не от интриганов, которые против меня злоумышляли, но от тех интриг, чьим творцом был я сам. Я сбежал от чужака в зеркале.

Кха-дар склонил голову, прикрыл глаза.

Некоторое время казалось, что он уже не отзовется.

– Закончим позже, если позволите. Я открыл, я же и закрою исповедь пламени.

* * *Мост походил на большинство меекханских мостов. Был шириной с дорогу, имел четыре опоры и арки высотой в пять футов. Собственно, все мосты, по которым они проезжали по дороге, выглядели почти одинаково, различались лишь числом опор – в самом длинном из них насчитывалось восемнадцать. Плиты для этого моста могли вырубить и обработать в каменоломнях, расположенных за сотни миль, а после привезти на место и сложить.

Возникни необходимость, их могли использовать для сооружения моста в любой части Меекхана. Имперские инженеры уже давно пришли к выводу, что унификация построек – путь к успеху.

– Ну ладно, кто спустится со мной к реке?

– Ты называешь это рекою, Кайлеан? Да моя струя отсюда добъет до другого берега. Зачем здесь вообще строить мост?

Кошкодур был прав. Малава текла, или, скорее, сочилась, по дну неглубокой долинки и позволяла переехать на другой берег, не замочив коню брюха.