Сходняк

А ежели приглядеться, то заметишь и спираль Бруно, ловко замаскированную среди увядающего плюща на гребне бетонного забора, и неприметные бойницы вдоль стены особнячка, а вон там, в башенке, наверняка установлен станковый пулемет – уж очень хорошая для пулемета позиция, весь двор как на ладони, и каждый из пятерых в открытую присутствующих туркменов собран, решителен и вооружен до зубов, а в доме наверняка затаилось еще с полсотни бойцов...

Алексей вздохнул и без всякого удовольствия кинул в рот виноградину.

Оставалось только одно; ждать.

...Идея Черского была проста, как кишмиш, и именно поэтому имела немалые шансы на успех. В самом деле, если Зубков не сумеет добраться до кого-нибудь из участников Большого Сходняка, то умело организованного беспредела в городе не миновать.

Однако сначала Зуб все же должен попытаться нащупать слабое звено среди съехавшихся со всех уголков бывшей Империи авторитетов...

И такое звено было.

Из всех делегаций, прибывших на сходняк, самая маленькая охрана была у воров Туркменистана. Традиционное восточное раздолбайство, помноженное на уверенность в собственной исключительности, которую на каждом углу пропагандировал Сапармурат Ниязов, сделало свое дело: авторитет Хасан-оглы по кличке Гылыч (что значит «Сабля») приехал лишь с пятью телашами, нимало не сомневаясь в том, что со столь уважаемым человеком случиться ничего не может, а коли случится, то пятерка отборных бойцов надерет любым наглецам задницы так, что аж помидоры засверкают. Поэтому от предложенной Фролом дополнительной охраны он высокомерно отказался.

Филеры Зуба следили за Гылычем с момента его приезда в Шантарск."

"Отслеживали пути передвижения по городу. Выясняли распорядок дня высокого гостя. Графики встреч. Привычки, системы сигнализации, уязвимые места охраны, возможные точки проникновения на территорию особняка. В общем, лакомый и доступный кусочек был этот Хасан-оглы по кличке Сабля... А уж вовсе соблазнительным он стал, когда выяснилось, что к нему за помощью, ссылаясь на знакомства среди ашхабадских воров, обратились сбежавшие свидетели по делу против Фрола – Карташ со товарищи. (А и вправду, куда еще податься несчастным бродягам, как не под крылышко азиатской группировки, коли все в Шантарске настроены против них, начиная от ментов и заканчивая криминалитетом!) Так что убрать хотя бы одного из представителей высшего эшелона воровского сообщества, да еще вновь захватить троицу очевидцев Фроловских прегрешений, – нет, против такого соблазна Зуб устоять не смог бы.

И не устоял.