Скрытая угроза

– «Ключ на старт» выполнено! – повторно доложил на центральный пост командир ракетного комплекса.

Ткачев представил, как он волнуется и нервничает, держа палец на пусковой кнопке. И все-таки решение принимает командир корабля, и именно он несет ответственность за это решение.

Внезапно лодку ощутимо качнуло, и тут же последовал доклад радиста:

– Взрыв по правому борту! Дистанция шесть кабельтовых!

Когда по тебе стреляют, а именно так оценил Ткачев сообщение радиста, все мысли и чувства отходят на второй план, кроме единственного желания – опередить противника.

Ткачев решительно поднес ко рту микрофон переговорного устройства и, нажав на панели управления кнопку связи с ракетным отсеком, скомандовал:

– Залп!

– Товарищ командир...

– Третья, четвертая ракеты ключ на старт!

– Есть ключ на старт!

– Товарищ командир!"

"Ткачев не сразу сообразил, что слышит голос радиста.

– На прямой связи командующий флотом! Он требует отменить пуск! – срывающимся голосом доложил тот.

Ткачев похолодел. Значит, все-таки ошибка!

– БЧ-2! Отставить! – выкрикнул он в микрофон. – Слышите: отставить пуск!

– Первая и вторая ракеты вышли, – упавшим голосом доложил в ответ командир ракетного комплекса.

Внутри у каперанга все оборвалось. Очертания предметов и лица вахтенных офицеров поплыли перед глазами. Он выронил из руки микрофон и, чтобы самому не упасть, судорожно схватился за поручень приборной панели.

* * *Выброшенные газовой струей из пусковых шахт ракеты пробили пятнадцатиметровый слой воды и, оставляя за собой расходящийся дымный след, огненными молниями взвились в свинцовое северное небо.

– Наблюдаю старт двух баллистических ракет, – передал по рации командир звена бомбардировщиков, завороженно глядя на вздымающиеся дымные хвосты, кажущиеся тянущимися к небу щупальцами гигантского морского чудовища.

Однако поступивший приказ на перехват вывел пилота из состояния, близкого к оцепенению. Головной «Ту-160» рванулся вслед за уносящимися в небо ракетами. Их сопла развивали тягу, недосягаемую для реактивных двигателей сверхзвукового самолета. Но бьющие оттуда струи огня яркими точками обозначились на экране инфракрасного радара следующего за ракетами бомбардировщика – знак того, что системы наведения захватили цели.

Преодолевая десятикратно возросшую перегрузку, командир корабля дотянулся до приборной панели и нажал кнопку пуска. В ту же секунду из распахнувшихся люков под фюзеляжем самолета выскользнули трехметровые остроконечные цилиндры. Из их торцевых частей вырвалось ослепительно-яркое пламя, и обе высотные ракеты-перехватчики, разрезая разреженный воздух, унеслись прочь. На двадцатикилометровой высоте, вдали от закрывающих океан кучевых облаков, они настигли цели.