Сладкая для Палача

— Марсик! — тонко всхлипнула Лилу, тут же цепляясь за меня пальцами и пряча голову на моей груди, пока ее веки дрожали, а глаза странным образом закатывались. — Я знала, что ты придешь за мной…

— Ее чем-то накачали! — отозвался Плут, быстро и цепко окинув Лилу знающим взглядом. — Забирай девушку и уноси к себе. Мы закончим здесь с Раном и придем!

Глава 19

Мир жутким образом расплющивался вокруг, обретая странные цвета, формы и звуки.

Сначала мне казалось, что я проваливаюсь в какое-то красное облако — плотное, удушливое и настолько беспокойное, что хотелось попросить всех вести себя потише, потому что моя голова раскалывалась на части.

Но чем больше я пыталась что-то сказать, тем сильнее начинали вопить.

Сквозь резкие хлопки кто-то надрывно орал, а затем замолкал, словно захлебнувшись чем-то.

А потом мне казалось, что я и есть это самое облако.

И это я несу хаос и панику вокруг, заставляя людей бояться настолько, что кто-то принялся даже рыдать.

Звезды взрывались с оглушительным грохотом, озаряя вспышками красноту вокруг, где две огромные тени двигались так, что становилось страшно.

Но веки меня не слушались и закрывались от непонятной тяжести, и я боролась с ними насильно, не чувствуя собственного тела, которое стало словно из ваты.

Все куда-то бежали.

И я пыталась.

Но были ли у меня ноги?

Я даже плыть пыталась, но не двигалась с места, словно из красного дыма превратилась в камень.

Всё это закончилось любимым долгожданным голосом, который заключил в тепло и защиту, прошептав:

— Я здесь, конфетка. Всё хорошо. Я рядом.

Кажется, я даже заплакала от облегчения.

Очень хотелось это сделать.

Теперь я чувствовала своего Марса — бога войны и страсти.

И чувствовала себя, хватаясь за него в отчаянной нужде стать ближе и больше никуда не отпускать.

Он был рядом, а остальное стало неважно: ни крики, ни странный красный свет, который отражался в глазах Марса красной точкой, словно зрачки перестали быть черными.

…Или действительно перестали?

Я всё силилась смотреть на него, но получалось с трудом.

А потом и вовсе уснула, так и не увидев ничего."

"Отбивалась от каких-то видений и образов, которые путали мозг, но стоило только услышать рядом голос Марса, как тут же расслаблялась и понимала, что вокруг нет ничего страшного.

Это всё сон, и не более.

Кажется, спала я очень долго.

По крайней мере, когда я стала просыпаться, ощущение было такое, что у меня всё затекло от долгого лежания.

А еще болела голова.

Жутко!

В буквальном смысле пульсировала от боли, словно внутри каждого виска стоял генератор, который выл, гудел и не давал покоя. До тошноты.

Я тихо застонала, поморщившись, и едва не подпрыгнула, услышав над собой приглушенный голос:

— Привет, спящая царевна! Скорее пей вот эту штуку!

Сон как рукой сняло.