Сладкий апокалипсис. Ты моя (СИ)

Ох… Я дала себе волю, откинув голову назад и чувствовала удовольствие, смешанное с невыносимой обидой: я передавала сама себя.

— Сладкая, — сказал Курт, оторвавшись через какое то время, — Вся сладкая. И пахнешь вкусно. Никогда ещё не пробовал женщину. Можешь собой гордиться.

Сладкая… я для него сладкая… он прикоснулся губами… там! Я первая, к кому он прикоснулся губами ТАМ… И ему не было противно, он наслаждался этим. Для меня это был шок. Я предательски начала течь сильнее. Как хорошо, что Курт оторвался от меня, и не заметил этого. Он быстро скинул с себя одежду, включая носки, которые в прошлый раз забыл.

Он оказался сзади в считанные секунды, развернул к себе попкой и вошёл в меня, уже готовую и мокрую. Я сжала зубы до скрипа, уже не зная, ненавидеть его, ненавидеть ли себя. Напротив висело зеркало. Курт посмотрел в него, поймав мой полный злости и сомнений взгляд.

— Злишься, — констатировал он, как факт, — Ну и злись. Но ты должна помнить, что сейчас в тебе мой член.

Я запыхтела бессилия и возмущения. Я ничего не могу сделать! Он начал двигаться внутри, будто хотел своим достоинством посмеяться над моей ненавистью к нему. Внутри меня нарастала буря.

— Что, не нравлюсь? — спросил он меня, не отрывая взгляда от моих суженных в гневе глаз.

— Я тебя ненавижу, — сказала я с такой злостью и холодностью, что ей можно было заморозить сам лёд.

Я не ожидала его реакции… казалось, что в нем что-то щелкнуло, так блеснули его глаза. Он рыкнул, положил меня на живот и навис сверху. Курт придавил меня своим телом так, что я не могла пошевелиться. Подмял кусок одеяла, подложив под мой живот, поднял немного попку, развел ноги и начал входить плавно, наращивая темп. Я снова была в полном раздрае. Во мне бушевали эмоции и ощущения. Я так хотела ненавидеть… но его прикосновения вызывали мурашки на коже и сладость внизу. От этого туманился разум, уступая место совершенно другим чувствам. Тем, что я ещё никогда не чувствовала."

"Оглушительная разница повергла меня в шок. Каждое движение, каждый вздох… Он прикасался ко мне, как к хрустальной вазе, нежно, даже перевернул он меня с невероятной аккуратностью. Вошёл так, что я не почувствовала боли, и подготовил меня сначала. А ведь его достоинство было внушительных размеров. Он двигался во мне плавно, и всегда следил, не больно ли мне. От его прикосновений на моем теле не было ни одного синяка, я даже не знала с ним, что такое боль. Он жадно вдыхал мой запах, уткнувшись в волосы, а потом целовал в плечо и шею. Прижимал телом к кровати, заключив меня в своих стальных объятьях, но тоже нежно, я чувствовала его тяжесть, но мне не было тяжело… его достоинство было твердым, как камень… его желание прожигало кожу.