След белой ведьмы

Аглая Даниловна Савина, собственной персоной.

– Чего надо? – зло проскрипела, дополняя картину, женщина.

То одним глазом, то другим она выглядывала в дверную щель, дабы лучше разглядеть гостью.

– Я… я Лиза, Кулагина Лиза, – оробела та гостья от подобного приема. – Ваша племянница…

– Кто ты такая, я и так знаю. Из ума, слава Богу, не выжила, что бы там твой родитель языком не трепал. Чего надо, спрашиваю?

– Я хотела поговорить с вами о матери. О вашей сестре, Анне.

– Не о чем здесь говорить! На дне Шарташа твоя мать лежит! И ты проваливай, подобру-поздорову!..

Дама попыталась, было, захлопнуть дверь – однако Лиза ловко ее предупредила: уперла в косяк ногу в ботинке, не позволяя от себя отделаться.

– И все же мне хотелось бы поговорить! – с нажимом, уже без просьбы, потребовала она. – Впустите нас, будьте так добры!

– Это кого это вас?..

Алекс только сейчас сообразил, что его из-за дверного косяка дама так и не увидела. Ей пришлось распахнуть створку почти на треть – из любопытства. Увидела, и разом присмирела. Это было даже удивительно."

"– Не впущу я вас. Не прибрано у меня, – уже покладистей сообщила тетка Аглая и даже потрудилась косицы свои разгладить, чтобы не торчали так сильно. – А мать твоя мертва. Давно уж.

– Откуда вы знаете?

– Знаю. Сама видела, как толкнули ее с утеса.

– Кто толкнул?!

А женщина в ответ вдруг мерзко и громко рассмеялась. Надолго рассмеялась. Алекс с Лизою успели даже переглянуться, молчаливо сойдясь в одном: о сумасшествии тетушки в городе, пожалуй, не преувеличивали.

А после, так же неожиданно, Аглая разразилась криками:

– Ведьма! Ведьма! Уби-и-йца! – орала она так, что них оборачивались прохожие. Она пыталась ткнуть Лизу длинным костлявым пальцем и не унималась: – Старая ведьма пришла! Ведьма! Уби-и-йца!

На Лизе уже лица не было: Алекс сам опустил ее вуаль, обнял за плечи и попытался увести:

– Пойдемте, Лиза, пойдемте! Зря мы пришли…

Лиза неохотно поддалась, и Алекс в последний раз с ненавистью оглянулся на сумасшедшую старуху:

– Уби-и-йца! – вопила она им вслед и заливисто смеялась.

Глава 13. Лиза

Лиза безучастно смотрела, как проносятся мимо улицы ее родного города: Алекс вез ее домой. Извозчик летел по Главному проспекту – даже здесь дорога все еще сплошь была покрыта накатанным снегом, который и не собирался таять; черные тополя уныло высились по обе стороны проспекта, пропуская меж голых ветвей хмурое низкое небо. Даже золоченый шпиль и кресты Богоявленского собора, что на Кафедральной площади, казались сегодня тусклыми. Лиза проводила их взглядом, привычно задирая голову, чтобы рассмотреть высоченную пятиярусную колокольню. Собор и саму площадь Лиза справедливо полагала красивейшим местом Екатеринбурга.