Следуя за тенью

Чувство странности, неправильности того, что она видела вокруг, того, что происходило с ней, возникшее, как только она сделала шаг по восемнадцатому уровню, должно было исчезнуть после слов мужчины, но, вопреки логике, оно лишь стало сильнее. Вопреки?.. А может быть, благодаря? Благодаря логике, наконец-то пробившейся сквозь эмоции, на которые она полагалась раньше!

— Стой! — Ида подождала, пока мужчина, не скрывая своего недоумения, повернется к ней, пока их взгляды встретятся, и только после этого произнесла. — Тебе слишком многое известно, — уголки губ Кайрена дрогнули, словно он хотел улыбнуться, но дочь императора не собиралась позволять ему перевести их разговор в шутку.

 — Я могу понять, — произнесла она, — откуда тебе известно, как работает пропускная система на шахте, — для этого достаточно хотя бы раз побывать здесь. Я не спрашиваю, откуда ты знаешь про звуковую пушку, или на каком уровне располагаются склады — эта информация вряд ли засекречена. Но откуда ты можешь знать, в каком конкретно боксе хранится азрак? Тебе не кажется, что это уже чересчур, чтобы я просто шла за тобой, не задавая вопросов? — девушка скрестила руки на груди, продолжая смотреть на него и явно ожидая ответа.

Кайрен взъерошил пальцами волосы и тихо, но весьма емко выругался. Нет, он знал, что рано или поздно дочь императора начнет задавать вопросы. Но, право, он надеялся, что это произойдет, не когда они будут стоять посреди складского уровня альфа-шахты, где кто угодно может услышать их разговор!

— Какого ответа ты ждешь от меня? — он вернулся назад, остановившись всего в шаге от дочери императора. Теперь, по крайней мере, ему не нужно было кричать, чтобы она слышала его.

 — Я мог бы тебе сказать, что у Гильдии на шахте есть свой человек. Но ты ведь и так уже об этом знаешь. Еще я могу рассказать, что именно отсюда мы и берем азрак. Но разве это не было понятно и без моих слов? Не в скалах же мы его, в конце концов, находим! — Кайрен почувствовал, что он опасно близок к тому, чтобы сорваться на крик, и кажется, он даже понимал, что именно задевает его так сильно. — Раньше ты верила мне и не задавала вопросов, Ида. Почему все изменилось именно сегодня? Ты боишься, что стала доверять слишком сильно, и теперь хочешь наказать за это. Но кого? Себя или меня? — взгляд дочери императора дрогнул, мгновенно потемнев от гнева, и этого было более чем достаточно, чтобы понять: он попал, ударил в самую болезненную точку — в ту, где скрывалась правда. — Мы, я и другие поводыри, пойдем на все, чтобы помочь тебе найти доказательства против Оуэна Вейда. Неужели этого мало?

— Нет, — дочь императора качнула головой и, отвернувшись от него, пошла вперед по коридору. — Это очень много.