Слезы нильского крокодила

— Придется лезть в воду, — Алина посмотрела на меня, вроде бы в воду лезть должна именно я. — Я без купальника.

— И я, — пожала я плечами. — Ладно, сейчас кого-нибудь попросим.

У борта бассейна в надувных нарукавниках барахтался рыжеволосый парнишка.

— Мальчик, а ты сможешь доплыть до того матраса. Девочку зовут Зосей, попроси ее к нам подплыть? Сможешь?

— Раз плюнуть, — сказал мальчик и правда сплюнул в воду, потом, широко загребая руками, поплыл к центру бассейна.

Зося встрепенулась от прикосновения мальчишеской руки и с трудом удержалась на матрасе. Последовало объяснение. Мальчик показал на нас. В ответ мы замахали руками, приглашая к нам подплыть.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — спросила она, причалив к краю бассейна.

— Зося, нам надо поговорить с тобой.

— Вы кто? — насторожилась девочка.

— Мы тебе не враги, — заверила ее Алина. — Мы вообще из полиции.

По-моему, Алинино признание еще больше испугало Зосю.

— Полиция? А разве…Так вы ведь с утра были… — растерянно лепетала она. — Разве мама вам не все сказала?

— Не волнуйся, мы к египетской полиции не имеем никакого отношения, — голосом, от которого девочке легче не стало, сказала Алина. — Ты должна нам ответить на несколько вопросов.

Зося молчала. Глаза ее забегали — от меня к Алине и обратно. Я была зла на подругу. Разве можно так разговаривать с ребенком? Даже в том случае, если его мать тебе глубоко неприятна.

— Давай знакомиться, — улыбнувшись, предложила я. — Тебя зовут Зося. Я Марина Владимировна, это Алина Николаевна. Мы разговаривали с твоей мамой, она нам сказала, что ты можешь знать то, чего не знает она.

— Я? Да ничего я не знаю, — быстро ответила Зося, даже не уточнив, о чем это ей может быть известно больше, чем ее матери. Выглядела она в эту минуту, как затравленный зверек: нервно передергивала плечами, закусывала губы, пытаясь не клацать зубами.

«Наверное, ее в детстве пугали милицией, — решила я. — Она и сейчас ничего хорошего не ждет от этих людей. Может, в Трускавце такая полиция? Или девочка чрезмерно впечатлительная?»

— Ты перекупалась. Вон как дрожишь. Где твое полотенце? — спросила я. Зося мотнула головой, указывая на противоположный край бассейна. — Укройся этим, — я сняла с себя льняной жакет и укрыла им плечи девочки.

Зося перестала дрожать, но продолжала все так же настороженно смотреть на нас исподлобья.

— Мы бы хотели спросить тебя о Василии. Ты ведь вчера осталась с ним?

— Нет, — быстро отказалась Зося.

— А мама сказала, что ты хотела посмотреть фейерверк. Отчим не захотел идти в каюту. Разве вы были не вместе?

— Нет. Я стала рассматривать сувениры, куда он пошел, не знаю. Потом я села около лестницы и не вставала с нее до самого фейерверка. Сразу после фейерверка пошла спать.

— И все?

— Все.