Слияние двух одиночеств

Она была такая элегантная и сексуальная в черном платье с высоким воротом и открытыми плечами, прямо как глоток чистой воды. Дэймон протянул руку, и она вложила в нее свою ладонь. Ему тут же стало легче. Он уже начал привыкать к тому, как хорошо ему, когда она рядом.

— У нас с Дэймоном планы на эту неделю.

— Но вы же даже не знаете, о какой именно неделе идет речь, — возразила его собеседница.

Калли одарила Дэймона короткой улыбкой, от которой сердце его забилось чаще. Даже здесь, посреди этого светского приема, все в нем моментально откликнулось на приглашение в ее глазах.

— У Дэймона все недели заняты. Правда, Дэймон?

Дэймон изумленно уставился на Калли. Такой знойный голос у нее бывал, только когда они были наедине и ему удавалось довести ее до самого пика наслаждения. Все тело его тут же напряглось.

— Как скажешь, glikia mou.

Ему нравилось, что она вдруг сыграла роль женщины-вамп. Обычно на таких вечеринках она вела себя очень сдержанно. Неужели она ревнует? Поэтому она к нему подошла? Эта мысль очень ему понравилась. Хоть он и держал ее в объятиях каждую ночь, какая-то часть ее мира оставалась для него наглухо закрытой.

Он всегда выбирал любовниц, которые понимали, что он не хотел ни к кому привязываться на эмоциональном уровне. С Калли же он хотел не только физического удовлетворения.

— Ну, — сказала его собеседница, — я не стану вставать на пути счастливой пары. Но помни, Дэймонаки, я тебе всегда рада. — Она повернулась и скрылась в толпе.

Калли тут же попыталась отпустить его руку, но он только крепче сжал ее ладонь. В ее зеленых глазах промелькнул гнев.

— Хорошие же у тебя друзья, Дэймонаки.

— Ревнуешь? Не обязательно было меня спасать, но все равно спасибо. Ну что, пойдем отсюда? — Она так сногсшибательно выглядела в этом платье, что ему хотелось его с нее снять.

— А ты разве не хочешь остаться?

Дэймон сжал губы. Калли всегда самозабвенно предавалась с ним любви на кровати, в душе, на диване и даже однажды на обеденном столе, но никогда не бывала инициатором близости. В ней всегда была какая-то отстраненность.

Тем самым она испытывала его терпение, а еще его это очень возбуждало.

Он отпустил ее руку, скользнул по ее запястью к чувствительной точке с внутренней стороны локтя.

— Пойдем домой.

«Домой». Огромный пентхаус Дэймона действительно стал для нее домом, в отличие от бездушного особняка Алкиса.

Вот что поменялось в ее жизни, вдруг поняла Калли, пока Дэймон сажал ее в ожидающий их лимузин. Лед в ее душе постепенно начал таять. Это все Дэймон. Может, она и нужна ему только для секса, но он был с ней щедр. Он очень щедро дарил ей себя и свое время.