Слияние двух одиночеств

И все же ему нужно было знать.

— Ты боишься мне сказать. Дело в этом?

— Ну, зачем мне удовлетворять твое любопытство?

Он видел, как она закрылась от него. Так же было в доме ее дяди. Только тогда он думал, что ею движет одна только гордыня. С тех самых пор, как он нашел ее на яхте всю в слезах, он чувствовал, какая в ней таится боль.

— Чего ты боишься?

Она посмотрела ему прямо в глаза:

— Я не боюсь.

— Знаешь, говорят, нужно делиться неприятными воспоминаниями, чтобы их отпустить.

Калли помолчала.

— Я тебе расскажу, — наконец сказала она. — При одном условии. Ты ответишь мне на один вопрос.

— Договорились, — тут же согласился он.

— Я вышла замуж ради своей семьи. Пару мне подобрал дядя. Алкис был его знакомым.

— Твои близкие посчитали его хорошей парой для тебя?

— У компании были финансовые трудности. Она находилась на грани банкротства. Дядя Аристидис сказал, что без поддержки Алкиса наша семья все потеряет. А Алкис готов был помочь, только если получит меня взамен.

— Твой муж сделал тебя частью сделки? И Аристидис с этим согласился? — Дэймон пришел в ярость при мысли, что ее руку и сердце дали в довесок к контракту.

— Да.

— Подонки. — Он ни на секунду не усомнился в ее искренности. Прожив с ней две недели, он хорошо успел ее узнать. — Твой дядя тебе угрожал. — Это был не вопрос, а утверждение.

— Он это любит, — пробормотала Калли. — Мой первый роман кончился плохо, и я слишком была занята своими переживаниями, чтобы сопротивляться. Я думала, что буду виновата, если тетя и сестра окажутся на улице.

— Манолис только что еще раз попробовал отколоть этот же номер. — Дэймон резко поставил бокал на стол. — Он попытался продать дочь, чтобы наши переговоры легче прошли! Он хотел и Анджелу тоже заставить?

— Конечно.

"А он-то списал робость Анджелы на ее природную застенчивость. А на самом деле она боялась ему не угодить или, и того хуже, боялась, что ей придется выйти за него замуж.

Он в ярости вскочил с места. И как он мог быть так слеп? Он использовал стремление Калли защитить сестру, чтобы уложить ее к себе в постель. Он сыграл на том, что считал их необоснованными страхами, ни на секунду не допустив, что у девушек могли быть веские причины серьезно отнестись к возможности такого брака.

Калли пришлось смотреть, как ее история повторяется с кузиной.

Он развернулся к Калли. Она казалась спокойной, но он-то знал, какая боль скрывается за этим. Дэймон пришел в ужас, вспомнив, как он обвинял ее в том, что она вышла замуж по расчету, и грозил жениться на Анджеле, если она ему не отдастся.

— Прости, Калли. Я не знал. Я так усердно к тебе придирался и боролся с собственной похотью, что не видел то, что было у меня под носом.

— Ты не знал, — пожала она плечами.

— Я сделал тебе больно.