Сломанное сердце

И как хочется ввернуть какую-нибудь фразочку из его телефонного разговора, но ограничиваюсь сухим и холодным тоном:

– А ты, Артём, уже собираешься и уходишь.

Шаламов смотрит так, словно это не он только что предал меня, не он растоптал вообще всё, а наоборот – я.

– Лера, что всё это значит? – подходит он ко мне. – Я не понимаю тебя. Что тогда это было?

– Что тут непонятного? Был просто неплохой секс. И всё. Теперь можешь быть свободен. Ты же не думал, что… – с усмешкой говорю я, но не успеваю закончить. Шаламов с потемневшим лицом выскакивает из спальни, чуть не сбив меня с ног."

"Хватает джинсы, которые оставил в ванной. Натягивает их второпях. Толстовку надевает уже на ходу. Курточку сдергивает с вешалки, но не надевает, ощупывает карманы. Потом что-то достает. Не глядя на меня, кладет это «что-то» на столик для ключей, бросив глухо:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – С днем рождения.

Потом так же спешно сует ноги в кроссовки, открывает дверь, но на пороге оглядывается… И я отворачиваюсь, не в силах вынести его взгляд, полный такого горького разочарования, что этой горечью отравиться можно.

26. Артём

За сутки до...

– Ну всё, – констатирует отец, – приехали.

Я вздрагиваю и просыпаюсь. Тупо пялюсь в окна джипа, пытаясь понять, где мы.

А мы в лесу. Пейзаж такой, как из хоррора. Ночь, луна, ни души и черные деревья стеной по обеим сторонам дороги.

– Куда приехали? – тру глаза и соображаю пока с трудом.

– Да х*й знает, – бесится отец. – Но присели мы крепко.

– В снег, что ли? Реально застряли? – доходит до меня наконец.

Отец выпрыгивает из джипа, бродит снаружи около минуты, потом возвращается с тоскливым выражением и весь в снегу.

– Бесполезно. Сами не выберемся. Там сугробы по пояс. Да и лебедки нет. Видать, конкретно навалило за ночь.

– Ну, эвакуатор вызывай.

Отец смотрит на меня как на придурка.

– Тём, ты в курсе, где мы?

Я снова озираюсь. Ну, в лесу где-то.

– Кто тебе поедет за триста километров от города? Да и твой эвакуатор тут сам сядет.

– Ну, что-то же есть на такие случаи.

– Что-то, может, и есть, а сети нет.

Проверяю сотовый. Реально – ни одной палки.

– Блин, нафиг ты вообще с трассы съехал?

– Ну ты же у нас переживал, что тебе всенепременно надо во вторник попасть домой.

– А, это мы типа срезали? Ну, круто, чё. А делать-то что будем?

– От посёлка мы не так уж далеко отъехали, километров пятнадцать. Вернемся к Дёмину. Пешком. Там найдем у кого-нибудь трактор.

До смерти неохота куда-то сейчас переться. По темноте, по сугробам, по лесу.

– Ну или давай ты тут оставайся, а я один схожу, – смотрит на меня отец озабоченно. – Нет, правда, Тёмка, я сам схожу. А то на старые дрожжи снова заболеешь.