Сломанные линии
Мечты наконец-то стали сбываться: хорошая работа, переезд в солнечный Лос-Анджелес, новые знакомства и волнующие события впереди. Лучше просто не может быть, верно? Не совсем. Его зовут Кейд Фостер. Он знаменит, сексуален и ради него мне хочется нарушить данное себе обещание — никаких больше рокеров. А еще он самый раздражающий тип, которого я только встречала. И он мой босс. Это не будет просто. Меня зовут Лорен Рейнольдс, и я фостероголик. Только ему об этом не говорите. Содержит нецензурную брань.
– Ну, хорошо, у тебя есть я, чтобы не давать тебе совершать глупости, да? – нарочито-весёлым тоном сказала я, желая разбавить серьёзность момента. Мы собирались провести хороший день, и я не хотела, чтобы его настроение портилось. – Давай, Фостер, поднимай свою шикарную задницу и веди меня завтракать. Умираю от голода.
– Тиранша, – усмехнулся Кейд, но поднялся, потянув меня за собой.
***
После плотного завтрака в The Sanctuary Pub мы отправились смотреть на Букингемский дворец, потом на Трафальгарскую площадь, перекусили Файрбрэдом, купленным прямо на улице, и, в общем-то, выглядели и вели себя как самые настоящие туристы.
Я будто попала в Диснейленд, и не могла сдержать восторгов, особенно когда мы прогуливались по Ноттинг-Хилл, виды которого были мне известны по одноимённому фильму с Хью Грантом и Джулией Робертс.
День выдался не просто хорошим, а прекрасным – даже переменчивая весенняя английская погода была к нам благосклонна, даря тепло.
Когда мы сели в такси, которое должно было доставить нас на Absolute Radio, мне даже стало немного жаль, но Кейд пообещал, что завтра мы непременно всё повторим.
Скотт с Тегом уже были на месте, когда мы прибыли. Ребят встретили с большим почтением, суетились вокруг и всячески угождали. Я также не осталась без внимания – мне постоянно предлагали напитки, закуски и интересовались, комфортно ли мне. Видимо, такое отношение получаешь, являясь девушкой знаменитости.
Я не была против, признаюсь честно.
Когда началась передача, я осталась в комнате за дверью, но через большое окно могла видеть, что происходит в самой студии.
Всё шло по накатанной, звонили люди, признавались в любви к группе и их музыке, и я была довольно расслабленной. До определенного момента. Пока ведущий не решил спросить у Кейда, связан ли он какими-то отношениями.
– Кейд, вот ваши друзья уже признались, что совершенно свободны, а как у вас обстоят дела на личном фронте? – бойко спросил молодой ведущий, ничуть не смущаясь.
"– Что журналисты не очень уважают частную жизнь публичных людей, – пошутил Кейд. Он казался довольно спокойным, и, если ему и не понравился вопрос ведущего, виду не подал. – Я ценю свою личную жизнь, и я не тот, кто станет много об этом говорить.
– Да, это понятно, как и многие звёзды, – хохотнул ведущий.















