Сломанные линии

– От тебя загореться можно, – подхватив меня за попку, севшим голосом выдохнул Кейд.

В ответ я схватила его за волосы и укусила за губу. Он застонал и прижался бёдрами ко мне, показывая, что полностью готов.

Думаю, мы разнесли половину комнаты, хаотично перемещаясь по ней, целуясь (больше было похоже на то, что наши рты имеют друг друга в самой примитивной форме) и освобождаясь от одежды, которой, правда, было немного. Кейд был одет в чёрные джинсы и чёрную жилетку поверх голого торса, а на мне было укороченное платье, которое он одним движением задрал до живота.

Наконец-то я почувствовала под собой опору.

Кейд усадил меня на стойку, заставленную всем необходимым для грима, и несколько тюбиков, баночек и расчёсок с феном попадали на пол.

Засунув руку в задний карман Кейда, я вынула презерватив – мы оба стали предусмотрительными, – и буквально сдёрнула с него джинсы. На выступления Фостер не надевал нижнее бельё, так как не любил, чтобы его трусы выглядывали, когда он входит в раж на сцене.

– Приподними свою сладкую попку, – скомандовал Кейд, берясь за мои слипы и без лишних церемоний избавляя меня от них.

Я шире развела ноги, не испытывая и грамма смущения под его тёмным, полным похоти взглядом.

Обхватив член Кейда ладонью и проведя языком по губам специально для его глаз, направила в себя.

Мой затылок уткнулся в зеркало позади меня, и я шумно задышала, когда рука Кейда легла на мой лобок, а большой палец коснулся клитора. Он двигался во мне, играя с чувствительным узелком нервов и неотрывно смотрел в мои глаза своим бесстыжим дьявольским взглядом.

Я как будто горела в огне, который не оставлял видимых ожогов, но плавил меня изнутри.

Кейд был мастерским музыкантом не только на сцене.

В такие моменты я словно становилась инструментом в его руках, и он исполнял на мне свой хит.

Мы трахались, пока люди за дверью звали и ожидали его. Все догадывались о том, что происходит здесь в этот самый момент, но ни мне, ни ему не было до этого никакого дела.

Я взяла его свободную руку и, обхватив указательный и средний палец губами, принялась сосать и облизывать, чем сводила его с ума. Я намеренно имитировала ласку, которую он так любил получать, а я – дарить ему. И сейчас в моих глазах стоял вызов.

Мы стоили друг друга.

Кейд отнял руку от моего лобка, чтобы сжать в кулаке мои волосы и усилить толчки. Он жёстко двинулся во мне несколько раз, и этого было достаточно, чтобы я кончила, сжимаясь кольцом мышц вокруг него. Фостер опустил голову, зарывшись лицом в изгиб моей шеи, ускоряясь, и скоро получил разрядку.

Всё было быстро, сумбурно и разрушающе, судя по виду комнаты. Мы перевернули стулья и разбили одну лампу, не считая других мелочей.

Переведя дыхание, мы привели свою одежду в порядок, глядя друг на друга с улыбкой.