Сломанные линии

Я сходила в душ, надела пижаму и проверила постель на наличие пятен, прежде чем лечь в неё. Несмотря на позднее время, я не могла уснуть, благодаря тому, что моя нервная система была во взвинченном состоянии. Кажется, я стояла на пороге открытия тайны Фостера, но не знала, радует ли меня это.

Чувства были странными.

Но что ещё было более странным – наличие детского билета в его кармане. Я могла бы спросить его об этом – билет просто выпал из джинсов, на этот раз я не рылась в его вещах с намерением найти что-то, что не было предназначено для моих глаз.

Спросить прямо – вот что я могла сделать.

Но эта история с Софией настолько извела меня, и Кейд сам просил не задавать вопросов, поэтому в какой-то момент я утратила способность здраво мыслить. Теперь поздно было отступать."

"Или же я могла вернуться обратно в Лос-Анджелес, забыть обо всём и никогда не признаваться Кейду в том, что была здесь.

Но я знала, что не смогу. Не смогу вернуться ни с чем, даже не попытавшись.

Мне всё же удалось заснуть, и я проспала часа четыре, прежде чем солнечный свет, проникавший сквозь неплотно задёрнутые оранжевые занавески, разбудил меня.

Было ещё довольно рано, но уснуть мне больше не удалось, поэтому я поднялась, привела себя в порядок и вышла из номера. В комнате администрации я нашла кофе и пресные хлебцы, служившие завтраком. Ограничившись только кофе, я налила напиток в картонный стаканчик и направилась к своей машине, которую оставила ночью на парковке. Это был желтый хэтчбек Nissan, довольно поездивший, но его прокат не сильно отразился на моём банковском балансе.

Я так и не обналичила последний чек от мистера Ричардса, но у меня были кое-какие планы на него.

Воспользовавшись навигатором, я довольно быстро добралась до Ривер-Гранд-2369. И вот не успев дать себе возможности передумать, я стояла перед двухэтажным симпатичным домом с кладкой из красного кирпича и в нерешительности кусала губу.

Может, развернуться и уйти пока ещё можно, пока ящик с тайнами Кейда остаётся закрытым? Хотя я и приоткрыла его, едва-едва. Если он узнает, что я была здесь, мне не поздоровится. Даже подумать страшно, что он сделает, если узнает.

Когда…

Это «когда» пугало больше всего.

Я шумно сглотнула и, переминаясь на месте, стала оглядываться.

На крыше развивался флаг страны – так патриотично. Я представила, как отец Кейда выходит каждое утро, одетый в свитер сборной Канады по хоккею, и с гордостью поднимает флаг.

И о чём я только думаю?

Мой взгляд перебежал с крыши на дуб, раскинувший ветки возле опасной близости у окна на втором этаже. Интересно – там была комната Кейда? Я представила, как он, ещё подростком, по веткам этого дуба спускался вниз и убегал из дома, чтобы погулять с девчонками.