Случайная дочь миллионера

Бросает ее на заднее сиденье. Быстро обходит машину и занимает водительское место. Сквозь пелену слез замечаю Лилию, она стоит перед автомобилем с растерянным выражением лица, смотря на Алмазова, но тот ее в упор не замечает. Даже не прощается. Забывает и о том, что как бы он ее сюда вообще-то привез.

– Ты Лилию забыл, – тихо говорю, когда отъезжаем на добрых метров сто от пустыря.

– Не маленькая, доберется, – спокойно говорит он, а потом поворачивает голову ко мне. – Сильно болит?

– Терпимо. – Прикусываю губу, стараясь не смотреть на кровоточащую рану.

В салоне тепло, я быстро отогреваюсь, правда, внутреннюю дрожь не унять. У меня перед глазами[n1]  все еще безумные глаза[n2]  той собаки. Ее рычание и собственный крик боли.

– Сейчас быстро домчим до клиники и тебе окажут нужную помощь. Я пробил, здесь есть одна, минут десять ехать. – Руслан заметно нервничает. Я пытаюсь вытереть слезы ладошками, но, кажется, делаю еще хуже, размазываю грязь по щекам. –  Прости, что не успел. Увидел слишком поздно.

Я вскидываю на него удивленный взгляд.

– Я сама виновата. Не нужно было отходить так далеко.

Кривлюсь от боли, боясь пошевелить ногой.

– У тебя есть салфетки? Нужно прижать рану, укус глубокий. И руки у меня грязные.

– Черт, прости, я не сообразил. В бардачке посмотри.

Пока достаю салфетки и пытаюсь хоть что-то сделать, мы уже летим по проспекту. Боль невыносимая. Хочется поскорее оказаться в руках медиков. Собака же может болеть бешенством. Она была совершенно одичалая. Перспективы меня не радуют.

– Потерпи, Вика. Не плачь, – мягко просит Руслан.

– Нормально все. – Но в противоречие своим словам громко всхлипываю. – Просто шубку жалко.

– Да бог с ней, с шубкой этой, главное, чтобы инфекции никакой не оказалось.

Красный свет светофора заставляет Алмазова притормозить. В этот же момент у него звонит мобильный. Трубку он берет, от дороги взгляда не отрывает.

– Да! – резко, без приветствия. – Не отвечал, потому что занят был. Что-то важное?

Я тихонько всхлипываю, наблюдая за тем, как штаны все больше пропитываются кровью. От этого ведь не умирают? Я перевожу взгляд на недовольного Руслана."

"– Что значит няня заболела и ты не знаешь, что делать? Найди другую или забери к себе. Нет, я сейчас занят. Я на работе. Да. Приеду и все решу. Так отмени свою запись, ногти подождут, – Руслан рявкает так, что я вздрагиваю. – Я тебя что, часто о чем-то прошу, Софи?

Имя девушки режет слух. Это его жена. Правда, судя по интонациям разговора,  отношения у них далеки от идеальных.

– Я постараюсь. Все, не могу разговаривать.

Алмазов скинул вызов и резко затормозил прямо у порога клиники. Сделал резкий вдох, прикрыв глаза, и медленно выдохнул. Повернул голову в мою сторону.

– Идти сможешь? Хотя нет, попрошу, чтобы носилки подкатили. Жди здесь.