Случайная дочь миллионера

"

"– А как же Максим? Разве он не муж мамы? – спрашиваю, с интересом следя за реакцией дочки.

Алиса глаза широко распахивает, смотрит на меня так смешно.

– Ты что! Максим наш друг. Самый близкий. Как член семьи.

Очень интересно. Судя по тому, что говорит малышка, они с Викой могли давно разбежаться, просто развод не оформили. Но сразу же вспомнилось, как собственнически он смотрит на нее, и та наша встреча в клинике, когда Вику собака укусила.

Нужно бы получше в этой ситуации разобраться.

– Тебе нравится мама? – вдруг спрашивает она.

– Твоя мама красивая. Очень, – расплываюсь в улыбке и совсем не вру.

– А ты не хочешь пригласить ее на свидание? Мама давно не ходила на свидания.

– Так-так-так, ты что, сватаешь мне свою маму?

– Ты мне нравишься. Я бы хотела, чтобы у мамы был такой муж, как ты. И у тебя тоже дочка есть. Вы с мамой могли бы пожениться, тогда бы у твоей дочки была бы мама, а у меня папа.

– У моей дочки уже есть мама, котенок. Просто мы не живем вместе.

– Ох, – выдыхает она и отворачивается к окну. Снова грустная. Задумчиво водит пальчиком по запотевшему окну.

– Почему пригрустила? Может, закажем чего-нибудь?

– Просто… просто хотела бы знать, где мой папа. И увидеть его разочек. Мне интересно, какой он.

Сердце в груди сжимается. Я стискиваю пальцы в кулаки. Из-за наших с Викой решений ребенок в неполноценной семье рос и думал, что его бросил отец.

– А где твой папа? Мама говорила что-то? – спрашиваю осторожно, опасаясь ее ответа.

– Сказала, что он обо мне не знает. Но когда узнает, обязательно прилетит. – Ее глаза внезапно загораются. На лице появляется мечтательное выражение. – Он работает далеко-далеко, аж за океаном. Там не ловит связь, поэтому мама не может ему дозвониться, чтобы сообщить обо мне.

Спасибо за то, что не сказала дочери, что я их бросил или вообще на небеса улетел.

– И что бы ты сделала, если бы папа к тебе прилетел?

– Пошла бы с ним в парк развлечений. И показала бы место, где самое вкусное мороженое. А еще подарила бы рисунки, я много рисовала его. Только маме не говори, я от нее спрятала.

– Мне покажешь?

– Ну, я папе их рисовала. Это только для него.

У меня ком в горле застревает. Смотрю на дочь, и сердце разрывается. Маленькая кнопа, которая столько всего в себе держит. А я ни сном ни духом о ней. Даже представить не мог.

– А если я скажу…

Я запинаюсь, впервые таким нерешительным становлюсь. Поднимаюсь со своего места, рядом с ней на корточки приседаю. Не знаю, правильно ли делаю, да и момент не лучший, боюсь ее реакции, боюсь, что после этого Вика меня из их жизни захочет вышвырнуть, но держать это в себе больше не могу. И как дочь страдает, тоже смотреть не могу.

– Если я скажу, что я твой папа? – спрашиваю, затаив дыхание.

Глаза Алисы расширяются, она на меня с неверием смотрит. Даже не дышит.