Случайная ночь

Да остальные бабы вообще померкли все! Оля! Ну почему ты мне не веришь? Я признал все, честно! Я ошибся один раз. Больше никогда ничего не было."

"Я, может, и дура, но мне легче в это поверить, это не до конца втаптывает в грязь воспоминания о мужчине, который когда-то был для меня всем. И о нашей жизни, которая когда-то была счастливой.

– Поехали, я тебя отвезу?

– Егор. Давай мы обговорим ещё раз. Мы развелись, – даже удивительно, Егор безропотно согласился отдать часть имущества. Я думала, он будет откусываться до последнего. Чтоб сыну «досталось»… но он не стал… – у тебя ребёнок и другая женщина.

– Да нет у меня никого! Я сына люблю. Правда. А она мне никто!

Проглатываю горечь его ответа. Хорошо, наверное, что он любит сына. Было бы хуже, если бы не любил.

– Как и я. Теперь никто. Не нужно мне звонить. И приезжать. Вот эти все букеты… ты меня только расстраиваешь. Я с тобой жить не смогу. И не хочу. И общаться тоже. Тем более у меня будет ребёнок от другого. Я не смогу переступить. И мне легче поскорее отстраниться. Потрясение для меня слишком велико. Ты… ты извини… ладно? Егор. Я тебя больше не люблю. После такого предательства невозможно дальше любить.

– Дело в нем, да? У тебя новый мужик? – выплёвывает каждое слово.

– Нет. Но с отцом ребёнка я общаюсь, да.

– Кто он?

– Это вообще не имеет значения. Какая разница? – всплескиваю руками. – Речь не о нем. А о том, что между нами пропасть.

– Кто? – настаивает. Горящий взор, агрессивный прищур. Подбородок застыл и неестественно выдвинут вперёд.

– Такое впечатление, что ты так ничего и не понял, – горестно отворачиваюсь и понимаю, что мне больше сказать нечего. В его невиновность я так и не поверила. Могла бы и раньше не надеяться.

Я теперь ему никогда не смогу поверить. Во всем буду видеть обман. – Мне пора. Я и так задержалась. И букеты не переводи. Лучше уж подари матери своего сына. Пусть мальчик видит, как нужно относиться к маме.

Глава 25

АСКАР

– Че кислый такой? – лупит вопросом брат.

Адам, как король жизни, откинулся на спинку кожаного дивана, раскинув сверху руки, и с интересом осматривает женскую половину зала.

Глаза горят азартом. Он с рождения вёл себя, словно на голову выше других. Я в этом плане приземленнее.

– Задолбался, че. Разруливаю по-тихой.

– Я думал, будешь меня пилить, что сам разгребаешь.

– С тебя взятки гладки. Ты все равно ни в зуб ногой.

– Сейчас вот обидненько было, но давай о работе днём, – резко подаётся вперёд и заговорщицким шепотом: – ну как к Селене смотался? С огоньком?

– Замолкни, кобелина. Твое какое дело.

– Нормулик так! Я ещё и кобелина. Собрал вокруг себя евротабун лошадок, ещё и обзывается.

– Какой табун. Ты что несёшь?

– А то я не знаю. Мне-то хорош заливать. Вон хотя бы Даринку взять.

– Ну возьми. Я-то при чем?! – начинаю злиться.