Случайная свадьба (+ Бонус) (СИ)

У меня выступают слезы, и когда он их видит, его лицо искажает страх.

— Марта, что с тобой? Тебе так больно?

Не могу ничего сказать, чтобы не разреветься. С членом внутри плакать не очень хочется, но предательские слезы не отступают. Давид берет мое лицо в ладони и покрывает поцелуями.

— Прости, прости, моя сладкая, моя красавица, я потерял контроль. Подожди… — он подтягивается на руках вместе со мной и садится, опираясь спиной о стену. — Сейчас все будет хорошо, ты только расслабься. Давай это снимем.

Он стягивает с меня сорочку и бросает на пол. Следом летит бюстгальтер, а мои соски уже в руках и губах Давида. Он их скручивает, облизывает, теребит языком. Боль уходит мгновенно, вытесняясь фантастическими ощущениями, от которых я сама начинаю двигаться и насаживаться на каменный член Давида.

— Тихо, тихо, — шепчет он, всасывает сосок и удерживает меня за бедра.

— Давид, мне уже не больно, я уже хочу, — жалобно стону я, стараясь высвободиться.

— Хорошо, — он отрывается от моей груди и возвращается к моему рту, — моя горячая, жаркая девочка…

Одним движением разрывает мои трусики-паутинку и вместе со мной съезжает обратно вниз. Я, почувствовав свободу, начинаю двигаться. Боли нет совсем, зато появляется смутно знакомое ощущение, будто внутри закручивается спираль. И каждый толчок члена выносит меня на следующий уровень удовольствия.

— Такая красивая, такая… — руки Давида ложатся на грудь и с силой их сдавливают, найдя пальцами соски.

Я взвиваюсь на члене и опускаюсь обратно. Поднимаюсь и опускаюсь.

— Меня надолго не хватит, Марта, — хрипло говорит Давид, а я люблю каждую бисеринку пота, покрывающую его лоб.

— Меня тоже, — и я сиплю и облизываю губу.

Давид всовывает мне в рот большой палец, и я посасываю его, продолжая насаживаться на член. Внутри все плавится, и чем сильнее я насаживаюсь, тем острее эти ощущения. А когда влажный палец находит мой клитор, я не стесняясь кричу и двигаюсь вдвое быстрее, насаживаясь теперь еще и на палец.

— Марта, Марта, — в унисон моим движениям хрипит Давид.

Он делает еще несколько круговых движений по клитору, и я взрываюсь на члене оглушительным оргазмом, от которого слепну и глохну на некоторое время.

Прихожу в себя лежа на Давиде, который гладит мои волосы и мокрую спину.

— Все хорошо? — спрашивает он, и я обессиленно киваю. — Тогда моя очередь.

Он приподнимает мои бедра и начинает мерно вколачиваться, с каждым толчком упираясь пахом в мои ягодицы. Я снова чувствую зарождающееся желание, но Давид слишком сильно бьется внутри членом, что мне даже немного больно.

Муж кончает громко, матерясь и испуская в меня с каждым толчком теплые струи спермы. Когда мышцы перестают сокращаться, он из меня выходит, но у меня такое ощущение, будто член так и остался во мне.