Случайная свадьба (+ Бонус) (СИ)

Щедро посыпаю творог малиной из корзинки, завожу в телефонную книгу номер Данилевского и подписываю «Давид». Хотела написать муж, но в последний момент передумала.

Все же, он не совсем муж. Потому что брак у нас тоже не совсем брак. Если что, потом переименую. И когда представляю это «если что», снова невольно краснею.

Как же сложно с этими мужьями…

Делаю фото и отправляю Данилевскому. Он в сети, просматривает сообщение практически сразу. И следом раздается звонок.

— Проснулась? А где мое селфи с персиком?

— Здравствуй, Давид, — даже не скрываю, как рада слышать его голос, — да, я завтракаю.

— Что ты, Марта, разве это подарок? Это просто знак внимания.

— Зато очень вкусный знак!

Он на миг замирает. Я даже дыхания не слышу.

— Я подумал, что ты захочешь прийти туда с утра.

— Ты угадал! Мне стало жутко интересно увидеть, как выглядит черная дыра днем.

Мы с ним молчим. И мне даже молчать с ним нравится.

— Почему ты не сказал, что уедешь?

— Я не знал, мне позвонили очень рано, и мне было жаль тебя будить.

— Я не слышала гул. Ты очень рано улетел?

— Если ты про Звезду Смерти, то я ее не брал.

Не могу решиться спросить, куда он улетел. Мне все кажется, что я не имею права интересоваться его делами. Но я знаю, что ему будет точно приятно увидеть. И услышать.

Делаю селфи, поднеся персик к губам, и отправляю в мессенджере.

— Давид, — говорю затем чуть ли не шепотом, — возвращайся скорее.

И у меня в легких заканчивается воздух.

Глава 18-1

После нашего разговора с Давидом настроение делается легким и воздушным. Я сама бы сейчас взлетела, если бы умела! Чувствую себя воздушным шариком, ярким и праздничным.

Вспоминаю каждое сказанное им слово, вспоминаю его дыхание в динамике. А как он сказал, что ему не хотелось меня будить? Как будто он со мной рядом лежал и не хотел…

Закрываю глаза, представляю себя с Давидом в одной постели, и по венам будто пропускают электрический ток. Это же как приятно, наверное, лежать у него на плече, когда он поглаживает мои волосы — точно как бабуля ночью. Пропускает их сквозь пальцы, и они струятся как шелк. А я утыкаюсь ему в грудь, обнимаю за шею. У него теплая кожа и твердая грудь, точно как была в моем сне у бабули…

Вздыхаю и понемногу спускаюсь с небес на землю сдувшимся шариком.

Если бы можно было с ним только лежать! Обниматься, разговаривать. Ну ладно, целоваться. Но Данилевскому нужно большее, а я не могу. Из-за того, что он в курсе, как, где и со стопроцентной вероятностью с кем случился мой первый раз. Не могу и все.

Сколько я ни думала над тем, что произошло, получается какой-то замкнутый круг. Я уже раз сто пожалела, что обманула Росомаху, села в его машину и приехала в его дом.