Случайный трофей Ренцо (СИ)

— Тогда я сейчас тоже разденусь, и буду рядом, на расстоянии вытянутой руки, не дальше. Если что, я успею тебя поймать.

Он серьезно смотрел ей в глаза. Ждал ответа.

Убежать ей все равно не дадут. Наверно, можно нырнуть, попробовать проплыть под водой… Она сможет?

Мэй не сразу осознала — но если она не станет обещать, то он будет рядом в воде, голый мужчина в шаге от нее… он же не полезет в реку в одежде. Внезапно поняла, что начинает краснеть.

Он прав, в Илое сбежать будет куда проще, за ней ведь не могут следить постоянно, охрана Гильдии только в дороге.

— Я обещаю, что не попытаюсь убежать, — сказала Мэй.

— Хорошо, — сказал Лоренцо. — Но, прости, смотреть за тобой я буду все равно. Не стану отворачиваться.

— Смотри, — пожала плечами Мэй.

Нужно просто отвернуться самой и представить, что она одна. Чужие взгляды не ранят и не приносят вреда. Гильдейцы тоже будут смотреть. Ей все равно. Взглядов она не боится.

Мэй повернулась к реке.

Развязала и бросила на песок свою юбку из простыни. Не торопясь расстегнула рубашку и бросила рядом. Взяла мыло, которое Лоренцо положил рядом с новой одеждой.

Течение было быстрое, вода обжигала ноги. Но как же приятно все равно.

Не смотреть…

Но совсем не смотреть у нее не хватало сил.

Изредка бросая взгляды, она видела, как Лоренцо закатал штаны до колен и бродит по самому краю воды, чуть загребая ногами песок… как мальчишка. Он бы, наверно, хотел искупаться тоже…

5. Илойский трибун

— Да она красавица! — легат смеялся. — Уже успел отмыть ее! Гляди-ка… У тебя всегда было чутье на красивых женщин!

— Завидуешь? Жалеешь, что не додумался сам?

— Да, признаться, уже жалею, — сказал легат. — Я присоединюсь к вам, если не возражаешь? Я тоже еще не завтракал.

Ренцо пожал плечами,

— Садись, Тэд. Стулья вон там, возьми себе. Гильем! Принеси еще приборы лорду Эдварду!

Они сидели под открытым небом, завтракали, пока складывали шатер и собирали вещи. Сейчас снова в дорогу.

Легат взял в стороне раскладной стул, поставил рядом, сел, вытянув длинные ноги. Разглядывая Мэй почти по-хозяйски. Мэй только чуть выпрямилась, делая вид, что все это ее не касается, спокойно отрезала кусочек яичницы в своей тарелке, положила в рот. Такая выдержка воспитывается годами, и такие манеры. Не каждая благородная дама в Илое может так безупречно держаться за столом. Кто бы мог подумать.

Гильем принес Тэду приборы.

— Не боишься давать своей Гарпии нож? — весело поинтересовался тот.

— Быть зарезанным столовым ножом — бесславная смерть, — сказал Ренцо. — Но, думаю, вилкой — было бы еще неприятнее. Если не по себе, то можешь постоять в сторонке.

Тэд засмеялся.

— Зачем она тебе, Ренцо? Ты с ней не справишься.

— Она мне нравится.