Случайный трофей Ренцо (СИ)

Видел, как девчонка в клетке вздрогнула и чуть вытянулась, прислушиваясь, не открывая глаз.

— Что ты будешь с ней делать, трибун?

— Ты не знаешь, что делать с женщинами? Ты евнух, Тони?

Нет, Ренцо собирался сделать несколько иное, но объяснять сейчас бесполезно. Так проще.

Тони поджал губы, почти обиженно.

— С ней? Она отгрызет тебе яйца, трибун. И придется искать нового командира.

— Не придется, мы уже дома. А ты хочешь на это посмотреть? — поинтересовался он. — Давай ключи. Иначе я позову кузнеца и сломаю замок.

В конце концов, Тони сдался.

Чтобы пролезть внутрь, Ренцо пришлось пригнуться.

— Эй! — тихо позвал он. — Я заберу тебя.

Во что он ввязывается?

Девчонка не шелохнулась. Она почти висела на руках, ее держали только веревки, а ноги не держали вовсе. Тощая. Едва наметившиеся бугорки девичьей груди и впалый живот. Ребро сломано, или, по крайней мере, трещина в нем — бок посинел и припух. Разбитые губы, кровь запеклась.

— Я заберу тебя, — тихо повторил Ренцо по-джийнарски.

Он был уверен, что девчонка сносно понимает и илойский язык, но сейчас будет правильно говорить с ней именно так, скорее отклик.

Она не ожидала и не поверила, распахнула глаза разом. Огромные, золотые глаза на поллица. И жгучая ненависть в них… и лишь в самой глубине, на дне, капелька удивления.

— Ты ведь меня понимаешь? — сказал Ренцо по-джийнарски. — Теперь ты принадлежишь мне. Сейчас я заберу тебя с собой. Перережу веревки.

Нельзя сказать, что он знал язык в совершенстве, но за пять лет успеваешь выучить многое. Объясниться, по крайней мере, в состоянии.

Медленно достал нож, без резких движений. Не стоит пугать, если хочешь добиться понимания.

Стоять, согнувшись, было неудобно.

— Сначала я освобожу одну руку, — тихо сказал он. — Вот так… Теперь другую.

Ее правая рука бессильно повисла плетью, но лишь на пару мгновений. Гарпия почувствовала свободу. Еще мгновение, и она бросилась вперед, что есть силы вцепившись ногтями и зубами в руку Ренцо, державшую нож. Ему стоило усилий не дернуться и не ударить ее, только замереть, пережидая.

Девчонка яростно зарычала, вгрызаясь сильнее, со всей ненавистью. Ренцо стиснул зубы — от пальцев до самого плеча пронзило острой болью. Вдох-выдох. Надолго ее сил не хватит. Нужно лишь чуть-чуть переждать, и еще немного, чтобы не дрогнула рука и голос."

"Прокусила. Сквозь рубашку. На предплечье, чуть выше запястья, расползается алое пятно.

— Ты пьешь кровь? — холодно спросил Ренцо.

Девчонка вздрогнула, разжала зубы, резко отстранилась, словно опомнившись, вытерла губы тыльной стороной ладони. Мотнула головой.

— Тогда зачем? — спросил он. — Если будешь вести себя как животное, я могу ударить тебя. Если как человек — мы сможем договориться.

Ее глаза сверкнули ненавистью и презрением.