Случайный трофей Ренцо (СИ)

Почему-то мысль о свадьбе помогала ей держаться, мысль о новой жизни, о мире, о том, что все будет хорошо, у нее будет семья и она будет счастлива. Дело даже не в Тарине, она почти не знала его. Видела своего жениха несколько раз, а близко — лишь один. Их родители договорились обо всем. Но он ей нравился — такой высокий, красивый, сильный… любая девушка была бы счастлива… примерно ровесник ее брата. Тоже рыжий, чистой крови, только глаза у него зеленые.

Однажды, всего раз, они с Тарином гуляли в саду. Мама сказала — им нужно познакомиться ближе. Тогда Мэй отчаянно стеснялась, не могла даже поднять на него глаза, краснела. А он смотрел на свысока, улыбался, разглядывал, и Мэй понимала, что тоже ему нравится.

Взглянул бы Тарин на нее снова? После всего…

В Этране его не было, как и Дина. Они защищали Лааш и не успели к началу осады.

Мэй вышивала платье и ждала…

У Лоренцо глаза серые, совсем темные в полутьме, в уголках глаз легкие пучки наметившихся морщинок, лицо загорелое, слегка обветренное, выгоревшие на солнце волосы.

Он ведь был в Этране? Наверняка был. Легата, Эдварда Тернера, она помнила, он даже ходил, поначалу, на переговоры, когда еще казалось, что можно договориться. Потом легат уехал, и вместо него остался…

Мэй закусила губу до боли.

— Т-ты… — хотела спросить, но голос дрогнул, сорвался.

— Последние месяцы я руководил взятием Этрана, — ровно сказал он. Что-то напряглось и заледенело в его лице.

Мэй всхлипнула. Резко вскочила.

Нет, взятия крепости она не видела, была уже далеко оттуда. Тогда еще в безопасности.

Сейчас тоже хотелось броситься бежать, куда угодно, куда глаза глядят… но за дверями ждали гильдейские охранники. Они будут стрелять, если она выскочит. Умереть так — глупо…

Нож на столе. Мэй могла бы даже успеть, теперь у нее хватит сил. И она отомстит.

Лоренцо перехватил ее взгляд… сцепил пальцы, словно специально давая ей фору.

Убить.

Он смотрел ей в глаза. Молчал. Не пытался ничего доказать и оправдаться. Не пытался ничего сделать.

Если бы он начал оправдываться, она бы точно убила его. Не стала бы ему верить.

Но он молчал.

Мэй видела, как его руки напряглись, в ожидании, но он не двигался. Ждал. Давая ей возможность решить самой."

"Отец сказал как-то: «Не всегда тот, кто открыто сражается с тобой лицом к лицу, твой враг. Он твой противник, вы просто оказались по разные стороны. Дерись с ним, не отступай, но относись с должным уважением, как и он к тебе. Враг тот — кто бьет в спину исподтишка. Успей убить его первой, храни ненависть к нему в своем сердце. Помни».

Отца убили свои же, ей рассказали, как это было…

Лоренцо, тот самый трибун Лоренцо Луци, которого она мельком видела со стен, смотрел ей в глаза.

И маленькая лисичка тоже смотрела, склонив голову на бок, настороженно вытянув нос.