Смерть Несущая

 – Сейчас ты вдруг стал для меня не просто другом, а целой вселенной. Такой маленькой, что умещается у меня в сердце, и такой огромной, что я не в силах это воспринять… Что со мной, скажи мне, пожалуйста? – почти скуля, спросила я. – Ты же ведь не шутил, называя меня… демоном?

«Нет, шаи, не шутил. Ты не должна бояться. В этом нет ничего плохого. Ты просто не такая, как большинство. Подумай, Эм, разве стала ты другой от того, что знаешь теперь? Ведь, по сути, ничего не изменилось. Мы те, кто есть. Разве станет вода огнем, если назвать ее другим словом? – быстро-быстро заговорил дэйург.

 – Разве изменится отношение к тебе тех, кто любит тебя, оттого, что ты оказалась не человеком? Если такое произойдет, то и не нужны тебе такие люди рядом… Или ты думаешь, что все это время эльф и маг не догадывались, что с тобой что-то не так? Но ведь, несмотря ни на что, они продолжали относиться к тебе непредвзято… И…» – не успел договорить Каа’Лим.

– Что ты сказал? – приподымаясь на локтях, прорычала я. – Все знали…

Я слегка оперлась руками о кровать и через секунду уже приняла вертикальное положение. Теперь я стояла на матрасе.

– Шерт, – растерянно прошептала я, забывая, что так сильно меня разозлило. – Каа’Лим, скажи, так и должно быть?

«Тело твое только начинает меняться, многое пока тебе недоступно, но ты уже не такая, как люди. Эм, ты сильнее, реакция твоя заметно лучше человеческой, обострились все чувства. Какое-то время способности твоего тела будут нестабильны, временами то ослабляясь, то усиливаясь. Необходимо будет учиться ими управлять».

– А моя магия? – как-то потерянно посмотрела я на свои руки.

«А она у тебя была? – фыркнул дэйург.

 – Девочка моя, все, чему учил тебя Орэн, и рядом не стоит с тем, что доступно демонам».

Тяжелый вздох вырвался из моей груди. Святая богиня, за что? Почему все так? Я хочу быть человеком, а не «подкидышем белокурых демонов», как обзывала меня девочка из нашей деревни. Тогда я сильно обижалась на ее слова. Знала бы она, как сильно была права. И как же мне с этим теперь жить? А моя мама… Она… она мне что, не родная?! А папа, братья, Ким! Я для них чужая!

Я буквально задохнулась от пришедшего негодования. Я – одна!

«Я так и знал, – как-то обреченно заговорил Каа’Лим.

 – Ты не одна, ты, Мара, просто курица!»

В голове разнеслось такое искреннее хихиканье, а последняя реплика заставила меня ошарашенно сесть на кровать.

«Ой, я не могу, демоническая курица!»

– Я тебя ненавижу, – обиженно пробубнила я.

«Может, прежде чем нести чушь, сначала подумаешь, а? – уже ровным тоном спросил дэйург. – Или ты считаешь, твоя мать не заметила, кого родила, и все это время верила, что ты – ее родной ребенок?»

– Я не знаю… Я ничего уже не знаю…

«Зато знаю я.