Смерть Несущая

"

"– Да? – Выражение глаз мужчины стало настороженным и цепким.

– Я хочу, чтобы ты кое-что прочитал. – Открыв шкатулку, я извлекла то самое письмо, что в один миг перевернуло мою жизнь с ног на голову.

Ректор не заставил себя упрашивать, он резко поднялся на ноги и подошел ко мне, принимая письмо.

– Что это? – спросил он, придирчиво разглядывая конверт в своих руках.

– Когда меня принесли моей матери, эту шкатулку, – я указала взглядом на коробочку, что до сих пор оставалась у меня в руках, – ей отдали с указанием передать мне. Когда со мной… – тут я судорожно вздохнула, вспоминая боль, что принесло мне перерождение, – то есть когда я родилась заново, она открылась.

Сама. Это письмо было в ней.

– Только письмо?

– Нет, – коротко ответила я, извлекая из шкатулки игнис, который вновь стал крохотных размеров.

Оказалось, что этот странный предмет может менять форму в соответствии с моими желаниями… И совсем недавно я смогла с ним расстаться, когда Каа’Лим все же уговорил меня не носить серп с собой все время. И вот сейчас, когда мои пальцы почувствовали знакомое тепло серебристого металла, я с трудом могла заставить себя показать маленький серп Тарию.

Эта вещь была моей и только моей. Казалось, что даже чужой взгляд, брошенный на игнис, оскорблял меня. Постаравшись держать свои собственнические мысли в узде, я открыла ладонь. Взору Тария предстал маленький, с половину моей ладони, изогнутый клинок.

Стоило ректору опустить взгляд на мою руку, как все его тело замерло. Ни вздоха, ни выдоха. Неотрывный взгляд вмиг остекленевших карих глаз. Лицо его стало похожим на ледяную, ничего не выражающую маску. Сколько он так простоял, я не знаю, так как не могла ни о чем думать, кроме как о его реакции.

Но в одно мгновение он рухнул предо мной на колени и потянулся к игнису.

Я резко отдернула руку и зашипела. Это было сделано совершенно неосознанно, но я разделяла реакцию моего тела на подобные действия вампира.

– Не смей, – не разжимая губ, сказала я.

Не знаю, что увидел в моем жесте Тарий, но выражение его лица вновь стало осознанным, и он посмотрел прямо на меня.

– Прости, – прошептал он. – Ты знаешь, что сейчас у тебя в руке?

Я сдержанно кивнула.

– В письме сказано об этом, кое-что мне рассказал дэйург.

– Серебряная кровь, – прошептал Тарий, поворачиваясь ко мне спиной и облокачиваясь на мою кровать. Руки его возбужденно подрагивали, когда он открывал конверт, но стоило глазам его упасть на неровные строки, как Тарий вновь замкнулся. Весь его вид говорил о том, что сейчас он пребывает в другой реальности. Реальности своих мыслей и рассуждений.

Несколько раз его глаза пробегали по тексту, и вновь после прочтения взгляд его устремлялся вдаль.