Смерть Несущая

Он начал снижаться где-то в районе общежитий, и уже на уровне нескольких метров от земли, когда стало очевидным, что таких размеров ящер просто не поместится на прогулочной тропинке, ведущей в женское общежитие людей, яркое сияние вновь ослепило меня, а на земле я оказалась крепко прижатой к мужской груди.

– Все, можешь открыть глаза, – усмехнувшись, сказал он."

"Нерешительно приоткрыв веки, я с головой окунулась в черный омут его глаз. Было такое ощущение, что колени мои подкашиваются и я вот-вот упаду.

– Ничего, сейчас пройдет, – сказал он, заметив, как сильно я привалилась к нему.

 – С непривычки такое бывает.

Это уж точно… Только вот, наверное, все же не с непривычки (ведь и с дэйургом я летала, пусть и не так), а от такой близости его тела. Мы еще немножко постояли вот так, обнявшись, потом Дрэй аккуратно меня отстранил, взял за руку и повел к общежитию. По дороге он рассказывал мне какие-то смешные байки, я искренне смеялась и совсем не заметила, как мы оказались у входа в мою комнату.

– Пришли, – зачем-то сказал он.

Я несмело кивнула.

– Мне очень понравилось, Дрэй, спасибо.

Он аккуратно поднес мою руку к губам и совсем невесомо поцеловал ее внутреннюю часть.

– И мне, – заглядывая мне в глаза, сказал он. – Спокойной ночи, а точнее, утра, – улыбнулся он, выпустил мою руку и отправился в сторону широкой лестницы, ведущей на первый этаж.

– Спокойного, – прошептала я, все еще смотря ему вслед и не решаясь открыть дверь.

Лиам лежал на широкой кровати в своей комнате. На улице царила ночь, но спать он отчего-то уже не мог. В какой-то момент он очень резко открыл глаза, а закрыть их уже, как ни силился, не сумел.

Некоторое время он слепо смотрел в потолок, потом это ему надоело, и он решил зажечь лампу, что сиротливо пристроилась на тумбочке у его ложа.

«Почитать, что ли?» – растерянно подумал он, доставая припасенный на случай бессонницы внушительный том, посвященный какому-то новому модному философскому течению.

Он уже собрался было открыть книгу, как тень в углу комнаты вдруг стала более глубокого темного оттенка, а еще через мгновение начала сгущаться, приобретая до боли знакомые эльфу очертания.

Ему не было нужды всматриваться туда, чтобы понять, кто пожаловал этой ночью к нему в гости. Невидимый шрам на руке справлялся с такой задачей превосходно.

Лиам не спеша встал и припал на одно колено.

– Мой господин, – прошептал он вмиг побелевшими губами.

– Встань, – ответила тьма, что сгустилась в углу его комнаты. – Есть разговор, Лиамиэль.

– Я слушаю вас. – Эльф, не поднимая глаз, встал на ноги и отошел назад на несколько шагов.