Смерть под уровнем моря

Вадим быстро пробежался по окрестностям, обнаружил между скалами уютное гнездо, бросил туда вещмешок.

Не замерзнет, виды замечательные. Что еще нужно, чтобы скоротать часок-другой?

– Ну, знаешь ли, Сиротин. – Юля гневно сопела. – Такого вероломства я от тебя не ожидала.

– Согласен. – Он ухмыльнулся. – Даже немцы в сорок первом поступили не так вероломно. Сиди и жди, не высовывайся, не подавай звуков. Если не появимся в ближайшие часы, попробуй пройти через скалы. Не забывай, что этот район пока оккупирован. В общем, действуй по обстановке. – Он не удержался, обнял ее, прижался к щеке.

Слезы текли по лицу девушки.

Сиротин украдкой покосился на товарищей, остававшихся на палубе. Кто давал команду скалиться?

Он, не оглядываясь, перепрыгнул на борт и махнул рукой. Мол, заводи колымагу!

– Какой у нас план, товарищ капитан? – прокричал Мищук.

– Перестать называть меня товарищем капитаном, – огрызнулся Вадим. – Только «герр гауптман», и крайне уважительно. Тебя это тоже касается. – Он строго взглянул на Щербину, облаченного в полицейскую униформу.

Тот послушно щелкнул каблуками. Дескать, яволь.

Судно вышло из-за мыса и двинулось вдоль берега, заваленного гигантскими валунами. В этом каменном хаосе было трудно что-то понять. Скалы отступали, оставляли за собой груды окатышей, потом опять теснились над морем. Острова в береговой зоне стали крупнее, но это был лишь голый камень, лишенный всяческой растительности.

Вадим увидел пролив между двумя продолговатыми островками. Мищук перехватил его взгляд и кивнул. Именно этим проливом он ранее и пользовался.

Здесь качка ощущалась меньше. Мищук сбавил скорость, старался держаться середины протоки.

Волнение забиралось под кожу Вадима. Он опять стоял на носу, намеренно привлекая к себе внимание. План действий вырисовывался смутно. Да и не было у него, если честно, никакого плана!

Береговые скалы вырастали, превращались в циклопические громадины. Между ними и морем громоздились камни поменьше. Далеко впереди вырисовывался изогнутый мыс. Где-то за ним пряталась Балаклава, а за ней – Севастополь, спешно превращаемый немцами в неприступную крепость.

Сиротин обернулся. Скала с поэтическим названием Лотос осталась позади, терялась за островками. Только камень, вода…

Капитан чуть не проворонил опасность, отшатнулся от леера, энергично замахал руками. Мищук все понял, выпучил глаза, начал лихорадочно орудовать штурвалом. Сердце Вадима колотилось, колючий еж образовался в горле. Он свесился через перила и пристально смотрел в воду.

Какой приятный, черт возьми, сюрприз! У борта плавал черный шар, унизанный шипами. Здоровенный, не меньше метра в диаметре. Он был почти полностью утоплен, оттого Вадим и не сразу его заметил. Это была якорная контактная мина.