Снег на кедрах

В десять сорок пять присяжным было объявлено, что они освобождаются от своих обязанностей, что обвинение с подсудимого снимается, поскольку открылись новые обстоятельства. Самого подсудимого тут же освободили, и он вышел из камеры без наручников; выйдя, он сразу же обнял жену и поцеловал, долго не выпуская из объятий. Исмаил снял поцелуй, глядя на них в объектив фотоаппарата. А потом уехал к себе в офис, включил отопление и заправил в печатную машинку лист бумаги. А заправив, уставился на нее.

Исмаил попытался представить, как все было на самом деле. Закрыв глаза, он сделал над собой усилие.

В ночь с пятнадцатого на шестнадцатое сентября «Сьюзен Мари» замерла на воде – болты в кронштейнах генератора расшатались. Карл оказался один посреди густого тумана, заглохшую шхуну понемногу относило. Карл, слишком гордый, чтобы сигналить гудками, наверняка проклинал такое невезение. Потом зажег два фонаря, сунул челнок с бечевкой в задний карман и в скользкой прорезиненной робе забрался на мачту, таща на себе фонарь. Бечевкой, которой обычно латал сеть, он привязал фонарь к мачте; фонарь держался крепко, но Карл на всякий случай навязал еще несколько «восьмерок» и в конце крепко затянул. Он подумал, что в таком тумане фонарь вывешивать бесполезно, однако подкрутил фитиль, делая пламя поярче. Потом Карл стоял в кубрике, прислушиваясь, а вокруг был обложной туман.

Чуть погодя Карл, наверное, взял другой фонарь, достал из ящика с инструментом гаечный ключ и решил подтянуть ремни генератора. Может, он даже чертыхался вполголоса, не понимая, как же это недоглядел, не проверил, как попал в такую передрягу (которой вполне мог избежать). И это он, Карл, гордившийся своим опытом и сноровкой в море! Он затянул болты потуже, надавил на них большим пальцем, а потом вышел на палубу и, перегнувшись через планшир по левому борту, снова прислушался. Вдруг раздастся гудок шхуны из тех, что уходили с отмели? Но слышно было лишь легкий плеск воды о борта судна, относимого течением к востоку. Карл в одной руке держал фонарь, а другой сжимал пневматический звуковой сигнал. Что-то мешало ему подать гудок; он долго – может, час, а может, дольше – раздумывал, стоит ли дать о себе знать. А еще думал о том, зашла ли в сеть рыба. И как раз услышал неподалеку гудок: кто-то сигналил в тумане. Карл прислушался. Гудок прозвучал шесть раз, с каждым разом все ближе; Карл засек время между гудками, и вышла одна минута. Он высчитал расстояние и, когда шхуна находилась уже в ста ярдах, отозвался одним коротким гудком.

Шхуны встретились посреди тумана: в трюме «Островитянина» было полно рыбы, темная «Сьюзен Мари» безжизненно покачивалась на волнах, освещаемая одним только фонарем на мачте. Ее хозяин стоял на носу, выставив подбородок.