Сны инкуба

— Не должен он быть так силён!

— А тебе приходилось когда-нибудь драться с зомби? — спросила я.

Он посмотрел на меня расширенными глазами:

— Если они все такие здоровые, так слава богу, что нет.

— Не только это. Они ещё и боли не чувствуют.

— Анита, я могу оторвать ему пальцы, — сказал Реквием, — или сломать челюсть, но помимо этих крайностей, других предложений у меня нет.

Это ещё ничего, хуже, что и у меня их не было. Зомби сжимал зубы все сильнее, и я знала, что ещё чуть-чуть — он доберётся до крупного сосуда. Зубы уходили все глубже мало-помалу, очень медленно, но в конце концов что-нибудь натворят, а что случится, когда ему в рот хлынет свежая кровь, мне даже гадать не хотелось.

Я видела, что плотоядный зомби может сделать с человеком. Я не совсем человек, но оторванная рука у меня не отрастёт обратно.

Его можно сжечь, но он меня не выпустит, я сгорю вместе с ним. Черт.

Ричард сидел на полянке под переплетением голых сучьев.

— Я должен закрыть связь между нами, Анита. Должен. Я не могу отделить себя от этого зомби. Я все время чувствую, что он делает. Чувствую, как он ищет ещё крови. — Он закрыл лицо ладонями — футболку он где-то потерял, и согбенная спина была такой же голой, как ветви над нею.

 — Прости, Анита, но я устал, устал смертельно.

— Ничего, Ричард, мы тут справимся. Ты о себе позаботься.

Он поднял глаза, и в них сверкнули слезы под звёздами.

— Я должен о тебе заботиться.

— У нас партнёрство, Ричард. Мы по очереди заботимся друг о друге.

Он замотал головой:

— Я все к… испортил, Анита, прости меня.

Не помню, чтобы он говорил подобные слова, если они не относились к сексу.

— Ричард, иди домой, к своим. Они будут волноваться.

Зомби вцепился так, что я вскрикнула, и Ричард вдруг пропал.

Так резко оборвал связь, что я пошатнулась, и только руки Грэхема и Реквиема не дали мне упасть.

— Анита! — позвал Грэхем и выпустил зомби, чтобы удержать меня. Но руки на моем запястье стали разжиматься.

Я посмотрела на стоящего на коленях зомби — его глаза наполнялись смыслом. За ними была личность. Дура я, дура. Ричард случайно привязал зомби к себе, и как только он оборвал связь, зомби снова стал моим. Приятно знать, только дура я, что не сообразила раньше. Мёртвые — это же моя профессия. Сегодня меня особо профессиональной не назовёшь.

Зомби заморгал, отнял рот от моего запястья. Пушистые усы измазаны были моей кровью.

— Простите, я не знаю, что я здесь делаю. — Он выпустил меня и неловко поднялся на ноги, разглядывая свои окровавленные руки, моё разорванное запястье, и на лице его отразился ужас. — Прошу прощения, мисс, я не знаю, как это я с вами такое сделал. Мои самые искренние извинения — это чудовищно, чудовищно!

Он то разглядывал свои окровавленные руки, то вытирал усы.

Черт, он не знает, что он мёртв.