Сны инкуба

Не нарочно, но, Ричард, теперь спорить, что мне нравится иметь в постели двух мужчин, было бы с моей стороны глупо.

— А тебе нравится?

Отвечать ему я не была обязана, но, наверное, обязана ответить самой себе.

— Да, быть зажатой между двух мужчин — это на меня действует. Ощущать их по обе стороны от меня — это действует."

"Я ожидала, что начну краснеть или хотя бы мне будет неловко, но ничего такого. Я сказала правду, и все в порядке. В порядке. И в моей жизни есть мужчины, для которых это тоже в порядке.

Ричард уставился на пол, будто увидев у меня в лице такое, чего видеть не хотел.

Или в его лице было что-то, чего он не хотел мне показывать.

— Я бы никогда не смог.

— Тебя никто не просил.

Он поднял голову, и его гнев плеснул наружу, будто горячий кнут по коже.

— Ой! — сказала я.

— Извини, я не хотел тебе делать больно. Только зря ты говоришь, что никто меня не просил.

— Ладно. Насколько мне известно, никто тебя не просил.

— Каждый, каждый среди общины противоестественных, какого бы вида он ни был, думает, что я трахался с тобой и Жан-Клодом. Что мы — нормальный счастливый mиnage б trois.

— Доходил до меня этот слух, — сказала я.

 — Ты сам знаешь, с кем и с чем ты спишь, так какая тебе разница?

Он испустил жалкую тень того нечленораздельного крика, который я слышала раньше.

— Анита, как ты думаешь, каково мне, когда почти любой лидер в этом городе, с которым приходится иметь дело, думает, что я трахаю Мастера Города?

— Ты хочешь сказать, что раз тебя считают бисексуалом, это вредит твоей позиции вождя?

— Да.

— А Жан-Клоду это не мешает.

— Это другое.

— Не вижу разницы.

Он сжал кулаки, до боли, потому что снова издал какой-то звук.

— Ты не понимаешь, Анита.

Ты женщина, и ты не понимаешь.

— Я женщина, и я не понимаю. Что это должно значить?

— Это значит, что бисексуальность до сих пор социально более приемлема для женщин, чем для мужчин.

— Кто это тебе сказал?

— Все говорят! — Гнев Ричарда рванулся наружу кипятком почти до пояса и продолжал подниматься.

— Ты гомофоб, — сказала я.

— Вовсе нет.

— Да. Если бы тебя так не беспокоило, что люди сочтут тебя бисексуалом, ты бы меньше внимания обращал на слухи. — Я придвинулась к нему, протолкнулась сквозь жар его силы, гнева, досады. — И вообще, что плохого в том, чтобы быть бисексуалом, или гомосексуалистом или кем там ещё? Какая разница, Ричард, если тебя это устраивает и никому от этого не плохо?

— Ты не понимаешь.

Я стояла так близко, что можно было дотронуться. На таком расстоянии его сила кусала и жгла мне кожу, будто и халата на мне не было. Боже, какой он сильный, куда сильнее, чем в прошлый раз, когда я его силы касалась. Он набрал силу вместе со мной и Жан-Клодом. Если бы мы сумели заставить наш триумвират работать как надо, нас бы никто и тронуть не посмел.