Сны инкуба

— Что это должно значить? — спросила она, и руки у неё задрожали.

То есть так злится, что руки трясутся. Какого черта я ей сделала, что она так бесится? Из-за Натэниела? Так она даже никогда с ним не встречалась. Она с ним познакомилась, когда он уже у меня жил.

— Ты хочешь, чтобы я отстранил тебя от дела? — спросил Зебровски, и голос его совсем не был похож на голос Зебровски.

— Нет, — ответила она.

Голос её был мрачен, но в нем ощущалось удивление, будто она не знала, что у Зебровски бывают такие интонации. Я тоже не знала.

Он смотрел на неё, и взгляд вполне соответствовал его новому голосу.

— Тогда что надо сделать?

Она открыла рот, закрыла, сжала губы в розовую ниточку. Потом повернулась на каблуках (разумной высоты в два дюйма) и вышла, чуть ли не чеканя шаг.

Зебровски шумно вздохнул и посмотрел на меня, нахмурив брови:

— Что ты ей сделала?

— Я? Ничего.

Он глянул на меня недоверчиво.

— Клянусь, ни черта я ей не делала.

— Кэти говорит, что Арнет здорово злилась на что-то, что ты ей сказала на свадьбе.

— Откуда Кэти знает, что она злилась?

Он прищурился всерьёз:

— Значит, все-таки что-то сказала?

Я открыла рот, тут же его закрыла и потупила глаза.

— Мы теряем время на личные разборки, — сказала я.

Ладно, пусть я не хочу обсуждать своих бойфрендов с Зебровски, но ведь действительно надо убийцу ловить, а не толочь воду в ступе.

— Верно, но когда не будет такой запарки, помирись с Арнет.

— Я? Почему я?

— Потому что не ты на неё кипятком брызжешь, — ответил он, просто констатируя факт.

С такой логикой я хотела бы поспорить, но смысл в ней был.

— Сделаю, что смогу. Что рассказал тебе Абрахамс?

— Арнет увидела кровь под дверью.

Они вызвали наряд и вошли. Обыскали квартиру и некоего Эвери Сибрука не обнаружили. Кровать была не застелена, и кровавый след начинался от постели.

— Не просто из спальни — от постели, — уточнила я.

Он кивнул.

— Её идентифицировали?

Странно, что он не спросил, кого «её».

— Сумочка рядом с кроватью, там же аккуратно сложенная одежда. Салли Кук, возраст двадцать четыре, рост пять футов три дюйма, а весу в водительском удостоверении женщин я не верю.

— Это да, женщины убавляют вес, зато мужчины прибавляют дюйм-другой роста.

Он усмехнулся:

— У нас не хватает ума помнить, какой у нас на самом деле рост.

Я улыбнулась в ответ и подавила желание ткнуть его в плечо. Он умеет поднять мне настроение даже на осмотрах места преступления.

— Я заметил, что ты устроила отжимание на пальчиках, осматривая тело. Ты же узор крови нарушаешь.

— Я не отжималась на пальчиках, а трогала по минимуму. Зато я теперь знаю, отчего она истекла кровью — по крайней мере, частично.

— Рассказывай.

Он начинал манерой походить на Дольфа. Это не плохо, просто меня слегка нервирует.