Соедини свое сердце с моим

— Ты тоже можешь влюбиться!

— Со мной это уже случалось, — сказал он, неодобрительно поджав свои чувственные губы. — Я беспокоюсь только о тебе… Любовь штука злая…

— Кто бы говорил?! — едва не сорвалась на крик Анна.

— Ну уж какой есть… — примирительно пробормотал Этьен, не понимая ее отчаяния.

— Если ты влюблен, это не всегда означает, что ты спишь с этим человеком. Тот, кого я люблю, недоступен для меня, — постаралась объяснить Анна, почувствовав его замешательство.

Иногда она сообщала чистейшую правду, по крайней мере ее «косметическую» версию, которая выглядела вполне убедительно.

— Когда же это случилось, вернее, не случилось? — спросил Этьен с обидным недоверием.

— Очень давно, — беззаботно ответила Анна.

— Он женат? — Этьен нахмурился, мысленно перебирая всех женатых мужчин, кто мог представлять интерес для его жены. — Я его знаю?

— Мои мысли — это та часть моей жизни, которая тебе неподконтрольна.

— Я не проверяю и не контролирую тебя! — рявкнул Этьен.

— Именно ты пресек мои занятия на курсах французского, — напомнила Анна.

— Мы же договорились…

— Это ты договорился, — жестко поправила она. — Как и подавляющее большинство решений в нашей семье, оно принято тобой.

— Я не думал, что ты против, — отвечал Этьен; его лицо потемнело сильнее. — Я не собирался принуждать тебя.

Его строгий взгляд уже не так пугал Анну. Честно говоря, в чем-то виновата она сама. Она ведь не пыталась возражать, когда Этьен принимал какие-либо решения, касающиеся ее. Поэтому он, естественно, считал, что у нее просто нет своего мнения.

— Жан-Поль хочет, чтобы я не уходила из группы. — В ее спокойном взгляде сквозил открытый вызов.

— Кажется, он считает тебя блестящей ученицей.

Анна уже почти начала расти в собственных глазах. Победа придает девушке новый блеск.

Этьен потряс головой, на его лице появилось недовольное выражение.

— Никогда не мог понять, почему женщины падки на смазливых красавчиков, — заметил он с отвращением.

Анна непроизвольно улыбнулась. Да в его мизинце больше сексапильности, чем во всей фигуре Жан-Поля!

— Что я такого смешного сказал? — буркнул Этьен и вышел.

Анна бросилась на кровать, корчась от неудержимого хохота.

С того вечера, как они заключили перемирие, прошла неделя. Воцарилось спокойствие. Самые заметные шрамы у Анны поблекли, остались только синяки на ребрах и небольшие отметины на руках. Она возобновила занятия на курсах, куда больше не показывал носа напуганный Крейг.

Итак, у нее брак без любви. Другие выживают и в худших ситуациях. Такая мысль придавала ей бодрости. Она постоянно повторяла это про себя, совершая тур по магазинам.