Согрей меня, или Научи меня прощать

– Ты куда?

– Пойду посмотрю багажник.

Выйдя на улицу прямо в домашней одежде и тапочках, я щелкнула сигнализацией и открыла багажник «Ауди». От увиденного у меня выступил на лбу пот и, по всей вероятности, поднялось артериальное давление. В багажнике ничего не было. Вернее, почти ничего – только аккуратно сложенный цветастый плед. Достав из багажника плед, я развернулась на сто восемьдесят градусов и все на таких же ватных ногах вернулась домой. Расстелив плед прямо перед Артуром, я усмехнулась и ткнула пальцем в довольно приличное кровавое пятно.

– Вот, видишь!

– Вижу, – совершенно спокойно ответил Артур и налил себе чаю.

– И что ты видишь?

– Пятно. – При этом Артур взял кусок торта и сунул его себе в рот. Именно это и вывело меня окончательно из состояния равновесия.

– Послушай, ты что, сюда есть пришел, что ли?!

– Мы же вроде как чай пить собирались… Садись. Я тебе тоже заварил.

– Да какой, к черту, чай! Ты из голодного края, что ли?! Мечешь в рот торт, как будто тебя три года не кормили. Я смотрю, тебе аппетит вообще ничем не испортишь. А между прочим, это пятно – не что иное, как кровь моей подруги!

– И что?

– Да ничего! У меня подругу убили, а ты тут сидишь и торт лопаешь как не знаю кто.

Труп действительно был в багажнике. Его кто-то стащил. Случайно не ты?

От неожиданности Артур почти подавился тортом и стал надрывно кашлять. Глаза его налились кровью, а лицо приняло какой-то синюшный оттенок. Поняв, что дело может кончиться плохо, я молниеносно к нему подбежала и стала усиленно стучать его по спине.

– Ты что, подавился? Наверное, слишком большой кусок в рот засунул. Аккуратнее надо. Боишься, что я тоже себе кусок возьму? Да я отродясь торты не ела.

Я их вообще терпеть не могу. Даже ненавижу! Кстати, к твоему сведению, мне никогда не нравились мужчины, которые являются на свидание с подарком и, как только появляется возможность, побыстрее его съедают.

Артур попробовал наладить дыхание.

– Я же торт ем, а не цветы, – с огромным трудом произнес он.

– А при чем тут цветы?

– При том, что ты говоришь о подарках. Что тебе не нравятся мужики, которые приносят подарки и их едят. Вот я тебе и говорю: что смотря какие подарки приносят. Цветы предназначены для того, чтобы стоять в воде.

А торт предназначен для того, чтобы его есть.

– Знаешь, мне один ухажер на всю жизнь в память врезался. Он прекрасно знал, что я просто ненавижу торты, и всегда приходил ко мне на свидание с тортом. Придет, сложит руки на коленках и говорит: «Давай чаю попьем». И при этом обязательно весь тортик за вечер уговаривал. А ведь я его по-человечески просила торты не носить, потому что не люблю я их, можно даже сказать, ненавижу. Так нет же: каждый раз он приволакивался с тортом, словно испытывал мое терпение.