Сокровище антиквара

Можно было бы молиться: помоги, Господи, не дай сорваться задуманному, то, что мы затеяли, конечно, выглядит очень даже неблагородно, но у меня нет другой возможности остановить этого скота, который нагрешил не в пример более гадостно… Примерно так.

Он сидел во дворе собственного дома (той городской многоэтажки, где все еще оставалась его квартира, да и прописка заодно), смолил очередную сигарету и старался не думать о возможных случайностях, рубивших на корню и гораздо более сложные предприятия.

Главное оружие антиквара — мозги. Большую часть проблем, перед тобой встающих, кулаком и уж тем более пистолетом ничего не решишь: грубо, неизящно, совершенно ни к чему, мы никак не сицилийские доны, а представители мирной и где-то даже культурной профессии. Те, кто пытается хвататься за подручные предметы, как раз и проигрывают сплошь и рядом…

Он ждал, потому что ничего другого не оставалось делать, события пошли своим чередом, и от него теперь ничегошеньки не зависело. Ждал, напряженно вслушиваясь, то поглядывая на черную «Камри», несколько минут назад доставившую к подъезду прифранченного господина Анжерова в компании с Яной, то переводя взгляд на окна третьего этажа, где по одной створке окон из-за жары было распахнуто настежь. Напряжение было дикое, Смолин не представлял, что именно способно нарушить тщательно разработанный план, но мало ли что…

Когда из того самого окна на третьем этаже донесся истошный, пронзительный, отчаянный девичий визг — ну словно режут кого! — Смолин испытал невероятное облегчение. Даже в пот бросило…

Он так и сидел в машине — а зачем ему, собственно, было выскакивать? События разворачивались самым активным образом: девичьи визги и вопли в квартире не утихали, так что бабульки, всегда имевшиеся в наличии на синей лавочке, вытянули шеи и насторожили уши, по скудости информации воздерживаясь пока что от комментариев… что-то грохнуло, словно некую мебель своротили… визги не утихали… еще какой-то громкий стук, из квартиры явственно донеслись мужские маты-перематы, а вот девичьи вопли наконец стихли…

Смолин схватил телефон с «торпеды», нажал клавишу и, едва дождавшись соединения, выдохнул:

— Валяй, началось!

После чего вылез из машины, вразвалочку подошел к бабкам и, тоже уставясь наверх, вслух предположил:

— Драка, что ли?"

"Бабки покосились на него со всем доверием, как на своего: за те шесть лет, что он тут прожил, у дворовых обитательниц на его счет сложилось самое благоприятное мнение: солидный мужчина, то ли научный работник, то ли какой бизнесмен, пьяным не замечен, всегда вежлив…

— Не похоже, Василий Яковлевич, — отозвалась одна.