Сокровище антиквара

Перед законом Смолин в данной ситуации безупречен и чист, что твой ангелочек, хоть крылышки цепляй: когда Багров пришел к нему и показал предлагаемые раритеты, он, как честному антиквару и надлежит, моментально проинформировал клиента, как с этими раритетами обстоит… Ну, а поскольку Багров, отправляя Коку на хер, обмолвился, кто его просветил насчет раритетов, Кока, надо полагать, в отместку и выдумал, будто Смолин с ним ездил к несуществующему каперангу: подлый все же народ эти москвичи, только и смотрят, как бы им облапошить чистых душою и сердцем, добрых, наивных сибиряков, сущих детей природы — хорошо еще, что органы правопорядка всегда на страже и спуску заезжим авантюристам не дадут… Так-то.

Встрепенулся, глянул на часы. Как ни приятно было сидеть вот так, размышлять о недавних бесспорных победах, почивать на лаврах безусловно не стоило. Как пели герои великого мультика — главное, конечно, впереди…

Минут через двадцать он остановил машину возле антикварного магазина с дурацким названием «Дукат» и энергичным, бодрым шагом направился внутрь. Магазинчик у Леши Маевского был скромный, помещался в цокольном этаже большого магазина — точнее говоря, занимал лишь одну клетушку из десятка там имевшихся, соседствовал с мастерской по пошиву шуб, сувенирным киоском и прочей мелкотой. В который раз мысленно поморщившись, Смолин снова подумал что-то вроде: а туда же…

Остановившись на пороге, он окинул взглядом крохотное помещеньице и, убедившись моментально, что хозяин пребывает в гордом одиночестве, небрежно мотнул головой:

— Запирай супермаркет. Выйдем, поговорим.

Он по-прежнему не верил, что Лехе могли натолкать микрофонов его закадычные неприятели из известного заведения, но рисковать не стоило, тем более теперь, в преддверии и предвкушении, считай, последнего удара. Остановился неподалеку от входа, вытащил сигареты и терпеливо ждал. Времени прошло гораздо больше, чем требуется для того, чтобы запереть дверь, пройти двадцать метров и подняться наверх. Ну, этого следовало ожидать…

Когда Леша все же показался из стеклянных дверей — форменным образом плелся, стервец — Смолин крепко взял его за локоть, отвел в сторонку, где сыскалось вовсе уж тихое и безлюдное местечко, дружелюбно улыбнулся:

— Ты что ползешь, как беременная черепаха по мокрому стеклу? Решил, бить буду?

Судя по зажатости, по опасливым взглядам, стукачок чего-то в этом роде и ждал.

— Да ладно, — сказал Смолин. — С чего бы вдруг? Ты ведь с тех пор про меня ничего плохого другу твоему серому не сказал? Благо и не знал ничегошеньки… Вот видишь.