Соль под кожей. Том первый (СИ)
Шесть лет назад я была просто Валерией Гариной — маминой умницей, папиной булочкой. У меня было все — в детстве ручной пони, в юности — хрустальные туфельки. Был даже Прекрасный принц, который однажды… просто переступил через меня, растоптал все, что я любила и оставил подыхать с голоду под мостом. Именно там меня нашел мой личный Дьявол. Вырезал из груди остатки сердца, перекроил и заново сшил, чтобы я могла научиться жить заново. Теперь, спустя шесть лет, у меня новое лицо, новое имя и новый план беспощадной мести всем обидчикам, потому что стерва Валерия Ван дер Виндт не знает ни сочувствия, ни жалости. И любить больше тоже не умеет. Совсем. Никого. Никогда. ВАЖНО: Содержит нецензурную лексику, сцены 18+ ДВУХТОМНИК ? ТОМ ПЕРВЫЙ
Но, пока я переодеваюсь в огромной, не очень теплой, но свежей раздевалкой, я ловлю себя на мысли, что мне нравится это место — обожаю огромные брутальные качалки а ля «склад или самолетный ангар». Здесь всегда много места между тренажерами, есть где сделать кардио так, чтобы не бояться ткнуть кого-то пяткой в нос. И вообще здесь обычно всем по фигу, кто ты и во что одет.
«Разберусь с Завольским — и перееду», — даю себе обещание, хватаю бутылку и собственные лямки для тяг, и выхожу в дверь.
Я сначала даже не понимаю, что произошло, и почему я вдруг чувствую себя неприятно мокрой.
— Ой, прости… — На меня таращится высокая брюнетка со стаканчиком в руке. — Я тебя не заметила.
— А ты всем незнакомым людям «тыкаешь»? — машинально огрызаюсь в ответ, начиная осознавать, что произошло.
Здесь при входе стоит кофейный автомат, и люди частенько берут кофе в конце тренировки. На мой взгляд — та еще хрень. Если после двухчасовой силовой тебе все еще нужен кофеин, чтобы взбодриться, то ты точно просто валял дурака все это время.
— Ну, это можно застирать, — дергает плечом брюнетка и, как ни в чем не бывало, просто проходит мимо в раздевалку.
Мне нужно еще секунд двадцать, чтобы переварить злость. Ненавижу людей, которые не умеют осознавать свою вину и думают, что засранный их действиями чей-то день можно исправить тупым «извини».
Приходится забежать в туалет, проверить, не пострадала ли другая одежда, но она, слава богу, в порядке. Заново причесываюсь: у меня короткое платиновое «каре», но я все равно всегда собираю волосы — терпеть не могу, когда они лезут в глаза или не вовремя щекочут нос или уши."
"В рабочей зоне в зале, слава богу, на пару градусов теплее.














